Эта история произошла в 1953 году в нашей станице. Как-то в один погожий денек рассказал мне ее знакомый станичник:
– Раньше наша семья проживала, на хуторе Кубанский, которого в настоящее время уже не существует. Школа там была только начальная и потому с 5-го класса я учился в Екатериновской (нынче станица Крыловская). Отец договорился с одной женщиной, чтобы она взяла меня к себе на постой. Заодно и приглядывала за мной, чтобы я не влез ни в какую «шкоду».
В то время я учился в 5 классе. Дело было в апреле. Однажды ко мне подошла хозяйка и спросила: «Ты на выходные домой не едешь?» Получив утвердительный ответ, она попросила меня выкопать яму для уличного туалета, так как старый в скором времени уже нельзя будет использовать. После уроков я взял лопату и отправился копать яму. Откосить под видом плохого самочувствия было невозможно. За такие вещи можно было получить нагоняй, а выполнять задание все равно бы пришлось…
Дома никого не было, хозяйка тоже была на работе в колхозе. Я бодро принялся за дело. Земля была достаточно твердая, но после снятия на два штыка в одном углу почувствовалось, что грунт почему-то был гораздо мягче, и там копать было легче. Скоро в этом месте я увидел кусок какой-то тряпки, который торчал из земли. Естественно, любопытство заставило меня потянуть за нее, но она не поддавалась. Пришлось обкопать тряпку лопатой, снять с нее слой земли. Теперь я смог вытащить этот кусок ткани, в который было что-то завернуто. Развернув сверток, я увидел несколько золотых украшений: красивое колье и две серьги с крупными прозрачными зелеными камнями, кольцо с похожим камнем и изумительный золотой браслет, также украшенный зелеными прозрачными камнями. Было там еще несколько золотых колец с камнями разного цвета и различной формы. Таких вещей я никогда не видел и даже не слышал, что такая красота может быть. Там же лежал с десяток золотых монет.
Пока я, разинув рот, разглядывал свою находку, ко мне подошел родной брат хозяйки дядька Афанасий. Он жил неподалеку и зачем-то зашел к нам.
– А шо ты тут робышь, Степан?
– Та вот, копаю яму для туалета и нашел вон чего, – ответил я.
– О, це мени пидийде робыты блесны, туды его в Порт-Артур, – жизнерадостно сказал дядька, сгреб все изделия и монеты вместе с тряпкой себе в карман и бодро удалился с нашего двора. Я не успел ничего ни сказать, ни сделать.
Отец мой работал в колхозе имени Энгельса в пятой бригаде – возил горючее на телеге с металлической бочкой из МТС. На следующий день, в понедельник вечером, после работы он ко мне заехал, передал «харчи» на неделю и поинтересовался моими делами. Я ему рассказал о школе и о яме, которую я выкопал, а также про находку, которую забрал дядька Афанасий.
– А ну пошли к дядьке! – сразу решил отец. Афанасий был дома. Отец напрямую задал дядьке вопрос – где моя находка?
– Та знахидка на блесны нэ пидходыть, туды их в Порт Артур, и я всэ выкынув.
– Пошли покажешь куда выбросил, – жестко ответил отец. Афанасий повел нас в одну сторону, потом в другую.
– Та я вже забув, куды выкынув, туды их в Порт Артур, – в конце поисков ответил Афанасий.
Было ясно, что добровольно отдавать находку дядька не собирается. Драться отец с Афанасием не собирался.
– Ладно, тогда я вынужден сообщить о находке куда следует, – ответил спокойно отец, и мы ушли домой. Хотя никуда и ничего сообщать отец, конечно, не собирался.
На другой день мы узнали, что дядька Афанасий выпросил на работе отпуск по состоянию здоровья и куда-то уехал.
Вернулся он где-то через месяц похудевший, осунувшийся и сумрачный. С нами Афанасий больше не общался.
Всю свою долгую жизнь он прожил вместе с женой и приемным сыном здесь же, в станице, также скромно и небогато, как и раньше, до описанного здесь случая. Его приемный сын после службы в армии домой не вернулся, затерялся на просторах нашей страны.
Никто до сих пор не знает, кто спрятал в яме те драгоценности: лихой казак, вернувшийся домой после Первой мировой войны или после гражданской, или это была красивая дворянка, второпях уехавшая из станицы в трудные времена.
Интересна и дальнейшая судьба находки: лежит она где-то, надежно спрятанная Афанасием, или украшения и сейчас подчеркивают привлекательность и неотразимость какой-то красавицы?
Николай.