Жила на хуторе Надежда, красивая, статная девушка с длинной косой. Проживала она вместе с матерью, работала телятницей на ферме. Скучать было некогда, хотя развлечений на хуторе было мало. Иногда подругам удавалось уговорить ее сходить в клуб посмотреть фильм.
И вот однажды пошла Надя с девчатами в клуб. А там каким-то ветром занесло парней из станицы. Среди них был Никита, он работал дальнобойщиком. Высокий, широкоплечий, с теплым взглядом карих глаз, он приглянулся Наде.
После фильма были танцы, но Надя поспешила домой, сославшись на ранний утренний подъем. Оказавшись на улице, девушка услышала шаги за спиной. Ее догнал Никита и вызвался проводить до дома. Почти до утра гуляли они по хутору. А осенью, после Покрова дня, сыграли веселую свадьбу.
И все ладно было в молодой семье. Через год родилась дочка. Потом появились близнецы-сыновья. Мать Надежды нянчила внуков, души в них не чаяла. Словом, живи и радуйся.
После десяти совместно прожитых лет, когда, казалось, все в жизни складывалось очень хорошо, случилось то, чего Надежда никак не ожидала.
Отправился Никита в очередной рейс на неделю, а вернулся через две. Появился будто сам не свой: хмурый, неразговорчивый, старался общения с женой избегать.
Через неделю новая поездка и опять задержка. А когда вернулся, пряча глаза, как нашкодивший школьник, признался, что встретил другую женщину и уходит к ней. Собрал вещи и покинул дом.
Надя несколько дней не могла вымолвить ни слова, ни с кем не разговаривала. Такого предательства от мужа она не ожидала. Ее мать опасалась, что дочь тронется умом.
Дети постоянно спрашивали, когда приедет отец. Женщина сначала придумывала всякие отговорки, но потом отрезала коротко и ясно: «Папа не приедет к нам никогда. У него другая семья и другие дети. И вопросов о папе мне больше не задавайте!» — разрыдалась и ушла в другую комнату.
Ребятишки поняли, что разговоры о папе — больная тема для мамы, и не досаждали ей расспросами.
Поначалу Никита присылал деньги, а потом все реже. Стало понятно, что судьба жены и детей его не интересует.
Тяжело было Надежде поднимать детей одной. Хорошо хоть, престарелая мать проживала вместе с ней и свою пенсию тратила на общие нужды. Все мужские и женские дела взвалила Надежда на свои плечи.
Как же быстро мчится время! Подрастали дети, становились помощниками во многих делах. Но пришло время покидать им родительский дом. Дочь Наталья закончила техникум и стала работать в райцентре в банке. Сыновья решили получить военные специальности. Надежда гордилась своими детьми.
Когда дочь вышла замуж, то забрала мать к себе. Здоровье у Надежды заметно ухудшилось: пошел седьмой десяток.
Как-то встретила Наташа подружку, с которой в техникуме училась. Та, поведав о своих новостях, проронила:
— А ты в курсе, что отца твоего женушка в дом престарелых определить собирается? Он перенес инсульт и теперь никому не нужен, дети же ему неродные.
— А где он живет? Мы же не знаем.
— Да он уже давно в райцентре живет. Моя мать знает адрес.
Эта новость ошеломила Наталью, она лишилась сна. Вспоминала свое детство и отца — высокого, красивого, сильного. Как она его любила! Как ей не хватало отцовской ласки, внимания, заботы, когда он ушел.
Дома Наталья все рассказала мужу и решила забрать отца домой. Муж возражать не стал:
— Твой отец, как решишь, так и сделаем.
Когда дочь сообщила матери, что хочет перевезти отца к ним в дом, мать задохнулась от возмущения:
— Много чести этому предателю!
Когда Наташа вошла в дом женщины, некогда соблазнившей ее отца, то увидела жалкую особу в старом халате, взглядом указавшей на комнату, где лежал отец. Когда-то она увела его из семьи, а теперь избавлялась от него, как от ненужной ветоши.
Наталья поселила отца в еще пустующей детской комнате, заботливо ухаживала за ним. Мыть отца ей помогал муж.
И все бы было нормально, только мать Натальи не могла никак смириться с присутствием в доме ее бывшего мужа. Слишком большой была обида и высокой цена предательства: женское одиночество и тяжкий труд ради благополучия детей. Она ни разу не зашла в комнату, где обитал ее бывший, отказалась готовить ему еду.
Приехала однажды к ним в гости сестра матери, понаблюдала за происходящим в доме и сказала:
— Грех на душу берешь, Надя, прости горемычного, иначе на том свете и тебя Господь не простит.
— Не прощу! Не забуду детей брошенных, ночей бессонных, труда неподъемного, когда жилы рвала днем и ночью.
Так и не подошла к кровати Никиты до самой его смерти, не простила Надежда ему предательства. А потом все в церковь ходила, ставила свечки за упокой души раба Никиты.
Вот так иногда в жизни случается: простить — тяжело, а не простить — еще тяжелее.
О. Кошевец.
