Как легко можно в жизни ошибиться! Принимая решение, надо остановиться и подумать, чтобы не испортить жизнь себе и своим близким.
— Надюша, посмотри, какие бусы подойдут к этому платью. А может, лучше шарфик повязать?
Екатерина Васильевна прикладывала к себе то одно украшение, то другое и никак не могла выбрать, чем дополнить наряд. Сегодня ей хотелось выглядеть нарядной, ведь внуку Тимоше исполняется два года, а сын на видео будет снимать семью.
— Мама, давайте я повяжу ваш любимый шарфик. Он подойдет к платью. А бусы Тимоша может порвать.
Екатерина Васильевна с теплотой посмотрела на невестку. С женой сыну повезло. А ведь все могло выйти по-другому…
Екатерина Васильевна последнее время стала уделять много времени своему здоровью и каждый вечер прогуливалась в сквере недалеко от дома. Вот и сегодня она собралась уже выходить, когда раздался телефонный звонок.
— Здравствуйте! Я могу услышать Максима?
— Его нет дома. А кто его спрашивает? И что ему передать?
Девушка долго молчала. Екатерина Васильевна уже хотела положить трубку, как услышала:
— Меня зовут Надеждой. Я хотела спросить, не будет ли Максим против, если я дам нашему сыну его фамилию.
— Что? Чей сын? — Екатерина Васильевна оторопела.
— Да не переживайте вы так. Мне от Максима ничего не надо. Я хотела только про фамилию спросить. Я перезвоню попозже.
Послышались гудки отбоя. Екатерина Васильевна застыла с трубкой в руках. У какой-то девушки от Максима родился ребенок? Такого не может быть! Макс еще сам ребенок! Ему всего 18 лет. И не говорил он никогда ни о какой девушке. Вскоре пришел сын. Мать ошарашила его вопросом:
— Кто такая Надежда и о каком сыне она говорила?
Парень остановился у порога и вздохнул:
— Позвонила все-таки… А говорила, что сама справится. Встречался я с ней недолго. Ничего ей не обещал. Потом расстались. А недавно узнал, что она беременная. Когда встретились, она сказала, что рожает для себя, и ко мне нет никаких претензий. Зачем тогда звонить?
— А где живет эта Надежда? Ты про нее хоть что-то знаешь?
Оказалось, что живет девушка в общежитии. Родителей у нее нет. После девятого класса пошла работать, учится заочно. Екатерина Васильевна решила встретиться с Надеждой, чтобы поставить на место молодую аферистку. И тут вновь раздался телефонный звонок.
— Это опять Надежда. Максим пришел?
— Нет, не пришел. Скажи, как найти тебя. Я хочу увидеть вас. Может, купить что нужно малышу? Питание детское?
Надежда была удивлена, но адрес сказала. И попросила купить пару чепчиков, так как головка у ребенка большая, приготовленные заранее чепчики на него маленькие.
Попрощавшись с Надеждой, Екатерина Васильевна пыталась чем-нибудь заняться, но новость не давала ей покоя. Последние слова девушки засели у нее в голове. Когда родился Максим, акушерка сказала:
— Умным будет. Вон головушка какая большая!
На следующий день Екатерина Васильевна пошла в «Детский мир» и накупила там пеленок, распашонок и чепчиков. Подойдя к общежитию, почувствовала, как заколотилось сердце. Вот сейчас посмотрит на ребенка и сразу поймет, что чужой. И станет легче.
С порога увидела чистенькую маленькую комнатку и девушку у стола. Она оглядела ее. Симпатичная, большие серые глаза излучали добрый свет. Вокруг головы уложена толстая коса. По комнате разносился аромат чего-то печеного.
— Пойдемте, я пирогов напекла. Угощу вас чаем. Вы же после работы. Небось, проголодались?
Екатерина Васильевна отдала Надежде пакеты и прошла в комнату. В углу в кроватке тихонько сопел ребенок. Женщина подошла к кроватке. Она смотрела на малыша и видела вылитого Максима в детстве. Женщина вздохнула: какие тут могут быть сомнения? Это их малыш, ее внук, самый что ни на есть родной.
Потом они пили чай с вкусными пирогами. Екатерина Васильевна попросила Надю рассказать о себе. Слушая ее, понимала, что была неправа, когда думала о девушке плохо.
Было уже довольно поздно, когда в дверь постучали. Надя удивилась:
— Еще гости?
В комнату вошел Максим. Увидел мирно беседующих мать и Надежду, выдохнул и сказал:
— Мам, я тут подумал и решил…
Мать не дала ему договорить:
— И думать нечего! Забираем твое семейство к нам домой. А остальное – потом!
О. Кошевец.
