С Дианой мы дружили со школьной скамьи. Хорошая девчонка, были с ней не разлей вода. Мы и в институтах учились в одном городе, иногда по выходным гуляли вместе, на танцы ходили. Сразу после учебы Диана вышла замуж и уехала в Эстонию жить к родителям мужа. Мы еще какое-то время переписывались. Она рассказывала, что у нее не все хорошо. Его родители были очень не довольны русской невесткой. Парень сам оказался страшно ревнивым…
А потом грянули 90-е, наша великая страна распалась, и мы с подругой совсем потеряли связь. Каждый жил своей жизнью, я в России, она – за границей.
А недавно я встретила Диану в нашем родном поселке, куда сама приехала в отпуск, погостить. Пошли в кафе, разговорились. Оказывается, со своим эстонцем она развелась давно. Он не работал, рыбачил только иногда, продавал улов и тратил деньги себе на сигареты. А Диана устроилась на работу в соседнем городке. Иногда задерживалась допоздна, приходилось ночевать у знакомых. Муж ее совсем от ревности взбесился. Когда Диана забеременела, стал закатывать скандалы, что это не его ребенок, она там в городе не известно где ночует. Как будто у нее был выбор. Кто-то же должен был работать в семье, не на шее же у родителей сидеть! А потом совсем невыносимо стало – родители его масла в огонь подливали. Однажды, когда она делала годовой отчет и два дня не могла приехать домой, ночевала на работе, начальник разрешил (знакомым она тоже уже надоела), не только муж, но и свекор обзывали Диану по-всякому. Она проревела всю ночь, а утром попала в больницу с угрозой выкидыша. После этой истории развелась с мужем и переехала жить к маминой сестре, своей тете-крестной в Ростов. Была она тогда уже на четвертом месяце беременности. В родные места без мужа возвращаться было стыдно, хотя никакой вины за ней не было. Но сплетен бы сразу выросла гора, особенно, когда живот начал бы расти. Тетя устроила ее к себе в кампанию бухгалтером, там как раз женщину на пенсию проводили.
Там она и познакомилась с Игорем. Он работал инженером по компьютерному обеспечению на нескольких дочерних предприятиях этой компании. Встречаться им приходилось по работе довольно часто, потому что компьютер у Дианы был старенький и проблемный. С первой встречи Диана поняла, что этот молодой мужчина ей нравится. Общаться с ним было легко. Выяснилось, что им нравятся одни и те же фильмы и книги, даже некоторые пристрастия в еде были схожи.
Уже через месяц Игорь позвал ее на свидание. Она хотела было сразу отказаться. Но мужчина ей очень понравился и… И был очень романтический вечер: они посидели в кафе, потом гуляли в парке. Он рассказывал ей о себе, а Диана больше отмалчивалась. Но, когда они присели на лавочку и Игорь захотел ее поцеловать, женщина отстранилась и неожиданно даже для себя призналась, словно камень с души сняла: «Я беременна». И на одном дыхании, минут за пять, рассказала ему все: и про своего первого мужа, и про его ревность, и про упреки и тяжелый развод… А в конце она честно сказала: «Ты мне нравишься, но я не готова встречаться, да и тебе, думаю, не нужна беременная женщина… Я поеду домой, уже поздно». Игорь, как настоящий джентльмен, довез ее до подъезда, взял за руку и сказал загадочно: «Я не прощаюсь».
А потом они не виделись недели две, компьютер не ломался, Игорь не звонил. А тут еще общие знакомые сообщили, что ее бывший муж женился. Диана понимала, что счастья ей уже, наверное, не видать, от грусти и тоски спасала работа и ожидание первенца. Но однажды вечером, когда женщина возвращалась с работы, возле подъезда своего дома она увидела Игоря с букетом цветов. У Дианы на мгновение дыхание перехватило от восторга и счастья: «Вернулся!».
Через несколько месяцев, уже перед самыми родами, когда мама Игоря все же смирилась с его выбором, они расписались. Сыну Дианы он дал свои отчество и фамилию, и женщина решила назвать мальчика в его честь. Теперь в семье было два Игоря – большой и маленький. Диана была счастлива, в семье царила полная гармония. А еще через два года у Дианы родилась доченька Агата.
— Никогда не думала, что воспитывать двоих маленьких детей – это так трудно. Совершенно не высыпаюсь, иногда забываю поесть, бывает, что нет времени что-то приготовить. Ни искупаться нормально, никуда не отлучиться, бабушки и дедушки еще работают, приезжают редко… — стала жаловаться мне Диана. — От Игоря помощи – никакой, он еще на подработку устроился, домой возвращается вечером. Однажды пришел уже в 12 ночи. И говорит мне с порога: «Дай поесть!» А у меня дети капризничали весь день, я ничего не приготовила. Сама весь день только молоко пила с бубликами. Не смогла детей одна искупать, только-только еле спать уложила, с ног валилась, а тут ему есть давай! Раскричалась на него, истерику закатила, что он шляется неизвестно где, а я тут одна с двумя детьми разрываюсь. И он мне пощечину влепил, избил, представляешь?! Утром ушел на работу и даже не извинился! Я собрала вещи, забрала детей и уехала к родителям. Вечером было 20 пропущенных, я телефон отключила. Вот что мне теперь делать одной с двумя детьми? Отец ничего не знает пока, мама говорит: «Прости его», а как его простить, он меня избил!
— Избил или ударил?
— Ну, какая разница! Он на меня руку поднял! Щека сутки была красная! Реву сейчас почти каждый день! Ну почему мне так не везет? Опять разводиться? Как я одна двоих детей буду воспитывать?! И как его простить? Он потом так и привыкнет на меня руку подымать! Нет, буду разводиться…
Я напомнила Диане про бабу Таню, которая жила на нашей улице. Первый муж у нее был пьяница, второй изменил, и она не смогла его простить. Так мыкалась одна с двумя детьми всю жизнь.
— А тебе твой Игорь даже не изменял! От любовницы он бы точно не пришел голодным, она б его там накормила. Ты бы позвонила мужу, поговорила. У женщин участь такая – прощать.
— Слушай, а ведь точно! Он голодный был, а потому злой. А я подумала…
Диана ушла. А на следующий день к их двору подъехал белый «Хендай», из которого вышел мужчина с большим букетом цветов. Вечером прибежала счастливая Диана и стала меня обнимать.
— Помирились! Домой едем. Сказал, что он никогда раньше руку на женщину не поднимал, просил прощения, обещал, что такого никогда больше не повторится. Простила я его. Не хочу, как баб Таня, всю жизнь одна куковать…
О. Родникова.