Господдержка помогает фермерам Краснодарского края активно развивать садоводство.
Помощь края особенно актуальна сегодня, когда санкционный режим не позволяет закупать европейские саженцы, средства защиты или садовую технику.
Висячие сады Юдина
Сады фермера Владимира Юдина похожи на фруктовый город. Ровные чистые «улицы», в междурядьях — ни травинки, ни ворсинки.
Кроны деревьев растут вверх: интенсивный сад должен стоять как елочка — так, чтобы верх не затенял низ. Поэтому тенька здесь даже в жару вы не дождетесь.
Чем-то они мне напоминают одно из чудес света, известное нам только по легендам античного мира, — Висячие сады Семирамиды, когда каскады зелени с яркими яблочками свисают вниз, создавая непередаваемые ощущения. Одним словом — рай!
И расположен он в самых яблочных местах: в станице Холмской Абинского района. Здесь, кажется, вся трасса к морю пропахла яблоками в период созревания урожая. Садов в районе очень много.
— Это только на первый взгляд — рай, — говорит Владимир Михайлович. — Но каждый сад, как дитя, надо вырастить и дать ему ум-разум.
Этот был заложен по специальной программе «Малый сад». Крестьянско-фермерское хозяйство Владимира Юдина выиграло грант в три миллиона рублей. На эти деньги был разбит интенсивный сад на площади почти пять гектаров. Часть средств потратили на саженцы, часть — на шпалеру.
Взяли на вооружение сорт яблок высшего сорта, с большим калибром — 75+. За лето их убирали три раза. Плод едва умещается в ладони. Съест его человек — и никакого завтрака больше не надо.
Садовый город
Владимир Михайлович садоводством занимается лет пятьдесят. В 2008 году приобрел землю и заложил сады на 60 гектарах. Саженцы тогда покупал в Сербии: у нас с посадочным материалом еще было тяжело. Потом добавились сады еще на 40 гектарах. Сегодня это целый садовый город на ста гектарах земли. По норме, интенсивный сад — это более 800 саженцев на одном гектаре, присутствуют шпалера и капельное орошение. Но у Юдина — 1200 саженцев.
Яблоки отправляются по всей стране: в Москву, Санкт-Петербург, Сибирь и на Дальний Восток. Часть продукции идет в санатории на Черноморском побережье края.
— На раннике мы убираем 20 тонн в день, — делится Владимир Юдин. — Если зимнее яблоко — то ежедневно снимаем по 40 тонн. Рассчитываем так, чтобы убирать фрукты «съемной зрелости», тогда они долго хранятся и их можно продавать в течение всего года.
Сад — малый, а фруктов — много
В этом году фермеры Кубани вырастили неплохой урожай.
— И это не только у меня, у многих моих коллег, — делится Владимир Юдин. — С каждым годом в нашем крае дает свои результаты программа «Малый сад». Благодаря ей фруктов сегодня появилось очень много, потому что плодоношение увеличивается: у нас интенсивные все новые сады. Старые выкорчевываются, и появляется возможность на этом месте посадить фруктовые деревья, выращиваемые по интенсивной технологии.
— В чем особенность садоводства? Его нельзя прекратить, как бы ни было тяжело с финансами, — рассуждает фермер.
Предположим, из-за отсутствия средств не будут сегодня обрабатываться посадки. Два года — и деревья умрут. Без регулярных вложений сад не может жить — это долгосрочная инвестиция.
— Это очень затратная отрасль, — комментирует Владимир Юдин. — Посадил — надо вкладывать деньги, а урожай будет только через несколько лет. Поэтому государство стимулирует развитие отрасли, и у нас заложили в последние 3-4 года очень много новых интенсивных садов.
Владимир Михайлович рассказал, что хозяйство пользуется и другими видами господдержки. И в свое время получали около 10 миллионов рублей. Край регулярно помогает субсидиями на уходные работы до вступления сада в плодоношение.
Все делаем сами!
Этот принцип особенно актуален сегодня, когда санкционный режим не позволяет садоводам пользоваться европейскими саженцами, средствами защиты или садовой техникой.
Некоторые фермеры жалуются, что, заложив интенсивные сады, они теперь вынуждены жестко сидеть на «западной игле».
Это не про Владимира Юдина. Еще задолго до всех этих санкций он понимал, чтобы достичь успеха, нужно создать в хозяйстве особый «садовый суверенитет».
И потому у него холодильник и все, что с ним связано, свое. Как и саженцы.
— Мы сразу заложили перспективу холодильника, — вспоминает Владимир Юдин. — Первая очередь была на тысячу тонн. Потом постепенно построили вторую и третью. Сегодня у нас камеры на три тысячи тонн. Мы развиваемся. Да, когда есть холодильник, этот бизнес себя оправдывает.
…Заходим в огромный цех, видим три холодильные камеры, а рядом — автоматизированную линию сортировки. Работнице приходит определенный калибр яблока, она его складывает в ящик. Когда он наполнился, сортировщица лишь легонько его толкает — и ящик пошел на склад.
Здесь же — электронные весы, задаются параметры веса фруктов в ящике.
Из цеха не хочется уходить: ароматы яблок кружат голову. И даже серьезные разговоры о «яблокономике» как-то легче воспринимаются. Задаю своему собеседнику наивный вопрос:
— Вы так много вырастили яблок, почему в наших торговых сетях до сих пор продаются «всесезонные» фрукты? Это прошлогодние?
— Может, и прошлогодние, — пожимает плечами Владимир Михайлович. — Сетям невыгодно работать с небольшими фермерскими партиями. Они набирают немало импортных яблок и пока их не продадут, свежего урожая не появится.
Каждую осень фермеры поднимают больной вопрос: запретить продажу дешевых импортных яблок в период собственного сбора урожая. Польские яблоки исчезли в связи с санкциями. Теперь яблоко идет с Востока. В результате у наших фермеров закупочная цена падает.
— Собственное холодильное оборудование не все могут себе позволить, — сокрушается Владимир Юдин.
И когда закупочная цена низкая, то, с учетом подорожания тары, средств защиты и т.п., у фермера прибыли — с гулькин нос.
Поэтому выхода два. Первый — просить правительство ограничивать в сезон засилье импортных яблок, чтобы не портить фермеру «малину».
— В этом плане нам помогает «Союз садоводов Кубани», — рассказывает Юдин. — Проводим встречи, конференции, где обсуждаем текущие проблемы. Союз ставит перед правительством все эти серьезные вопросы. Обмениваемся опытом: кто-то поехал в интересный сад, привез хороший черенок — размножаем, делимся успехами.
Пытаемся сокращать издержки, стремимся к «садовому суверенитету».
Вот холодильник в хозяйстве свой. Есть еще и питомник на полтора гектарах земли, заложено 65 тысяч саженцев. Яблоки будут двух сортов.
У Владимира Михайловича есть даже экспериментальный участок.
— Сегодня нашим садам 14 лет. Некоторые сорта, заложенные в свое время, уже морально устаревают, — говорит Владимир Юдин. — Главное – посадить тот, который будет востребован и через 10 лет. Поэтому, если я вижу какой-то саженец, который мне кажется интересным, привожу его. Мы с ним экспериментируем, смотрим, как он на нашей почве приживается.
Сегодня покупатели в основном предпочитают красные яблоки, с кисло-сладким вкусом. Но для фермеров еще и важно, чтобы дерево было иммуноустойчиво, не болело. Однако средства защиты растений в основном импортные. И это повышает затраты.
«Малый сад» уже подрастает
Губернаторская программа «Малый сад», о которой упоминал Владимир Юдин, уже приносит свои плоды. На Кубани — самые высокие темпы закладки интенсивных садов.
— Эта программа была запущена в 2018 году по инициативе губернатора Кубани Вениамина Кондратьева, — рассказал нам генеральный директор «Союза садоводов Кубани» Николай Щербаков. — Чтобы стать ее участником, надо минимум год поработать фермером. Основные условия: сад должен быть заложен по интенсивной технологии. А необходимые элементы — посадить 800-2500 саженцев на гектар, шпалера, капельное орошение. Фермеру выделялось три миллиона рублей на реализацию этой программы.
За эти годы 50 человек получили гранты. Программа продолжается, деньги выделяются.
Активная закладка интенсивных садов только сейчас начинает приносить свои плоды. По мнению Николая Щербакова, чтобы сад себя показал, должно пройти не менее четырех лет. И в ближайшие два-три года мы почувствуем, как у нас станет больше свежих яблок, потому что некоторые фермеры, получив грант, закладывали сад не сразу, а спустя год-два. Ведь на реализацию проекта давалось 24 месяца. Садоводство — это не так быстро.
— Фермеры, к примеру, выращивали сад по традиционной технологии, то есть с маленьким количеством деревьев на гектаре, — рассуждает Николай Щербаков. — Когда вступили в программу, начали интенсифицировать свое садоводство. Появилась возможность поставить шпалеру, капельное орошение. Также одна из существенных форм государственной поддержки в нашем крае — это возврат части средств на закладку многолетних насаждений и уходные работы за ними. Благодаря такой серьезной помощи у наших аграриев есть возможность закладывать новые сады сертифицированными саженцами высокопродуктивных сортов по интенсивной технологии.
«Союз садоводов Кубани» помогает фермерам при подготовке документов к участию в проекте, в составлении проектно-сметной документации и бизнес-планов, делает анализ почвы. Ведь участие в программе идет на конкурсной основе, поэтому надо еще убедить комиссию, что твой проект — лучший.
— Но и потом продолжаем курировать этих садоводов, — говорит Николай Щербаков. — Держим руку на пульсе всех их проблем, консультируем.
Семейное дело
Садом нельзя заниматься в одиночку. Должна быть не только государственная, но и семейная поддержка. Владимиру Михайловичу Юдину помогает вся семья. Ну и главная надежда — внук Архип: надо же кому-то дело свое передавать.
Кстати, Архип решил пойти по стопам дедушки — поступил на бюджетное отделение факультета плодоовощеводства и виноградарства кубанского вуза.
— Я его с детства готовил, — говорит Владимир Михайлович. — Надеюсь, он будет достойным продолжателем семейного бизнеса.
Такие же слова мы услышали еще от одного садовода — Евгения Фуфаева из Крыловского района.
У него тоже есть заложенный по программе сад, который растет по интенсивной технологии. И здесь трактористом работает сын Михаил.
— Приучал его с малых лет, — говорит Евгений, — теперь он хочет продолжать наше семейное дело.
Сад, как и сын Евгения Фуфаева, такой же молодой — сад-подросток. И работает здесь тоже вся семья.
— В февральские окна выезжаем, проводим обрезку. Вся семья «нарезалась» в этом году, — улыбается Евгений. — Грант по программе мы получили в 2018-м. Через год сад заложили. На вооружение взяли зимние сорта яблок, чтобы в холодильник положить на хранение и подороже продать.
На грантовые деньги, кроме саженцев, купили опрыскиватель и шпалеру. Средства потратили также на уходные работы. Условия участия в программе были такие: 90 процентов средств дает государство, а 10 процентов — свои. Мы получили три миллиона рублей, а 300 тысяч были наши. Сейчас саду три с половиной года. Видите? То там, то здесь уже краснеют яблочки. На следующий год ждем урожая. Рентабельность интенсивного сада будет на порядок выше, чем традиционного.
Евгению будет легче, чем другим фермерам: имеются свои фруктохранилище и питомник. Есть у него одно пожелание для нашей промышленности, чтобы производители задумались о садовой технике. Нужны отечественные посадочные и выкопочные машины. Чтобы не зависеть от импорта и сложной логистики.
Сейчас он внимательно считает и хочет понять: стоит ли дальше продолжать интенсивные посадки? Земля есть, гуляет под паром.
— Видите, мы выкорчевали старые деревья. Думаю, что здесь продолжу этот сад, добавлю еще саженцы.
Мне очень хочется, чтобы он не сомневался и продолжил начатое. И вся просчитанная экономика вывела его на правильное решение: выращивать вкуснющие кубанские яблоки.
И чтобы наши дети их ели от пуза. Не иранские, не египетские, а наши — родные, которые заполняют ароматом все комнаты…
Светлана Соколова. Фото: Иван Журавлев.
В тему
Что с посадочным материалом? Зависим ли мы от заграницы?
70% посадочного материала — отечественные. Остальные 30% используют для выращивания зарубежных сортов яблок.
Ежегодно в питомниках края выращивают почти 7,5 млн саженцев плодовых культур. Этого объема достаточно для закрытия потребности кубанских садоводов и аграриев других регионов.
1 млрд руб. выделено на Кубани в качестве господдержки в 2022 году на закладку и уход за садами.
Кстати
В 2022 году в Краснодарском крае высаживаются сады на площади 1700 гектаров. Самые большие площади закладываются в Красноармейском, Кореновском, Ленинградском, Павловском, Славянском и Усть-Лабинском районах.
