19 августа 1961 года Николай получил повестку. В армию он, как и мечтал, уходил шофером. Добрый след оставили в его душе учителя автошколы, в особенности Заубер Павел Борисович, преподававший ПДД (образованнейший человек, у которого проходили переподготовку сотрудники ГАИ города Ростова). А профессия пригодилась и в армии, и в жизни.
«Мы были дети своих отцов и было нам по 19»
— Нам выдали форму, которая отличалась от той, в которой служили солдаты в Союзе, — вспоминает Николай Гаврилович Макаренко. — А путь наш лежал в Группу советских войск в Германии. Наш эшелон прошел леса Белоруссии, Польшу, и, когда мы уже двигались по Германии, заметил, как изменились лица ребят. Все пытливо всматривались во все, что было перед глазами: Германия — это те, кто на, нас напали и принесли столько горя. За что? Мы были детьми своих отцов, которые изгнали фашизм, чтобы мы жили на родной земле свободно. И было нам всего по 19 лет…
На огромной лесной поляне с небольшими постройками собрались десятки тысяч, прибывших из Союза. На этом месте, где шло распределение пополнения, для Николая началась история, породившая ряд испытаний. На второй день к нему подошел солдат и предложил обменяться ремнями. Он объяснил, что скоро уходит в запас, домой к родителям хочется явиться в хорошей форме, а его ремень поистрепался за три года службы. «Выручи, друг!» Николай согласился (он вырос в большой семье, где всем и всегда делились), поменялся без малейшего сомнения, даже с чувством гордости заправил свою гимнастерку под ремень бывалого товарища. На следующий день прибыли представители от воинских частей за пополнением. Всех построили, капитан стал проверять форму и, обнаружив у Николая старый ремень, приказал по прибытии в часть купить в магазине новый (что позже и было сделано).
Николай попал служить в Первую гвардейскую танковую армию, отдельный зенитно-артиллерийский полк. Штаб армии был в Дрездене, а полк располагался в городе Карл-Маркс-Штадте. Из прибывших сформировали роту водителей для трехмесячного обучения с последующим распределением.
К трудностям был приучен, а подвоха от товарищей не ожидал
Кто был в «учебке» знает, как жестко идет подготовка — к концу дня молодые солдаты по команде «отбой» не ложились, а просто падали в свои кровати. На автодроме — занятия с преодолением сложных препятствий, на плацу — строевая, в тире — стрельба, в кабинетах — изучение ПДД с немецкими дополнениями, изучение устава, матчасти… В один из дней на учебном автополигоне к Николаю подошел сослуживец и попросил разрешения взять его старый ремень: «Мне в санчасть надо, там старослужащие отберут новый ремень. Я возьму старый в твоей тумбочке, а мой пока у тебя полежит». Николай согласился, а через время сослуживец снова подошел: «Где мой ремень? В твоей тумбочке, где я его оставил, — нет?»
На вечерней поверке сослуживец доложил о пропаже ремня. Старшина поставил Николая перед строем и приказал купить новый. Такого поворота он не ожидал. И крайне неприятно было, когда старшина добавил, что он торгует ремнями. Согласиться купить новый ремень было бы признанием того, что он вор. Николай резко отказался, за что получил три наряда вне очереди и трое суток «простоял у тумбочки».
По истечении третьего дня его вызвали на совет командиров и преподавателей. Все смотрели с недоверием. Последней каплей стали слова преподавателя ПДД о том, что предмет он знает хорошо, но, что так поступить может, никто не думал. Николай развернулся и вышел из комнаты, не слыша окриков и приказов вернуться. Сердце разрывалось, а в голове стучало: не сойти бы с ума. Он шел, не думая куда, так оказался в расположении соседнего гаубичного полка, где вызвался помогать мыть машины, потом — наряды по кухне, где через время его нашли сослуживцы…
Все, кто служил в армии, понимает, чем могла закончиться эта ситуация, но в штабе во всем разобрались и инцидент был исчерпан.
«Урал» — это вам не «газончик»
После «учебки» Николай попал в пятую батарею комбата Тихомирова и у него было много возможностей проявить себя. И к концу первого года службы он в своем отделении автомобилистов организовал учебу по повышению классности по знанию ПДД и матчасти. Оформили заявку в техническую часть и успешно сдали — на груди воинов появился красивый значок с цифрой «2».
На втором году службы весной солдаты увидели на плацу перед казармами семь огромных автомобилей, каких раньше никто не видел. Это были «Уралы» из Союза. Так началась замена тягачей на автомобили. Было отобрано семь водителей для подготовки мастеров вождения, в эту группу попал и Николай. «Разве можно сравнить этих гигантов с «газончиками»: какая мощь, габариты, комфорт!», — вспоминает Николай Гаврилович.
Вернувшись в батарею, на своем «Урале» он таскал пятитонное орудие. Когда в штабе было принято решение провести соревнование отдельных зенитно-артиллерийских полков, от их полка была выделена пятая батарея. На Альтенграбовском полигоне перед солдатами стояла задача — на скорость пройти маршем 50 км, занять огневую позицию и отстреляться по танкам и конусу, летящему за самолетом на расстоянии километра. Марш был выполнен на отметку «хорошо», а по итогам соревнований батарея заняла призовое место.
Соревнования запомнились и тем, как в гости к солдатам приехали актер Николай Рыбников и режиссер Павел Чухрай, которые рассказывали, как шла работа над фильмами «Весна на Заречной улице» и «Баллада о солдате».
В конце лета второго года службы спорторганизатор полка устроил соревнования по классической борьбе. Каждая батарея выделяла по два участника. Поскольку Николай, пока учился в Ростове на шофера, ходил на секцию борьбы, ему представилась возможность постоять за честь батареи. В первый день соревнований он победил в двух схватках, в том числе одолев солдата-сверхсрочника, и вышел во второй тур. Здесь, немного недооценив соперника, победу упустил и занял второе место, но братва из батареи все равно была очень довольна таким результатом.
Интересно быть комсоргом, но лишь бы не собрание
Вскорости Николая выбрали комсоргом батареи. Работы у него прибавилось, но она была интересной. Работал с комсоргами замполит, подполковник Юхновский, с которым у Николая сложились хорошие доверительные отношения. Параллельно со службой в батарее шла культмассовая и воспитательная работа. Николая пригласили посещать танцевальный кружок, что было интересно и полезно. В клубе ставили выступления с танцами, смешными постановками на темы солдатской службы. Сложно было только проводить комсомольские собрания с разборами после учений. Обязательно находился солдат — комсомолец, который спрашивал, почему немцы живут лучше, чем наш народ в Союзе? Присутствующие офицеры начинали объяснять, как могли, но разговор всегда уходил в сторону.
Тем временем служба шла, Николай готовил ребят своего отделения в рамках повышения квалификации. Экзамены проходили с присутствием офицеров из штаба армии и были успешно сданы. Значки с цифрой «2» сменили новые с цифрой «1» — первый класс. И в начале третьего года службы полковник Тихомиров дал указание Николаю перейти в радиоэлектронный взвод. Теперь его «Урал» тащил на себе не пятитонное орудие, а локатор — станцию орудийной наводки. Это был огромный 10-тонный дом с «тарелкой» наверху.
На очередных учениях, когда колонна могла не успеть к месту выполнения задания, встав перед водной преградой, Николай нашел выход из ситуации — определил брод, по которому можно было провести тяжелую технику. Это смелое решение было отмечено по итогам учений: приказом по штабу Николая наградили значком «Отличник боевой и политической подготовки».
Ближе к завершению службы надо было подготовить смену. Из Союза пришло пополнение, и Николай, служа в подчинении технической части штаба полка, готовил молодых воинов до распределения в основные боевые подразделения. Дисциплина была на уровне, и желание бойцов учиться радовало. Но в целом обстановка была тревожная. Западный Берлин уже начали обносить мощной стеной. Армии стран Варшавского договора были в повышенной боевой готовности. С обратной стороны стены то и дело случались провокации: бывало, танки с разгона подъезжали к стене, резко останавливались, качая стволами. А по другую сторону стены в боевом напряжении стояли наши танки…
По окончании службы Николая вызвали в политотдел и вручили четыре комсомольские путевки. Он сам изъявил желание ехать на крупную стройку страны, а на собрании, которое провел, нашлись еще желающие.
«Берегите славянскую дружбу, крепите ее»
Провожал группу комбат четвертой батареи майор Савченко, который прошел в Великую Отечественную войну от Волги до Берлина:
— В Союз на стройки, это хорошо, — сказал он, сняв фуражку со своей седой головы, — кто будет трудиться, кто учиться, но все вы будете создавать семьи. А вот сколько детей должно быть в семье? (Солдаты отвечали по-разному). Запомните, семейное гнездо — это самая ценная среда воспитания. Каждый ребенок должен знать брата и сестру. И самая большая удача, если в семье есть два сына и две дочери. В такой семье воспитываются сострадание, человечность, любовь, а главное — уменьшается эгоизм. Сынки, не забывайте, наша страна огромная, много народа надо, чтобы ее обустроить. Помните: не город, а хутор, деревня, станица — пуповина русской нации. Берегите славянскую дружбу, крепите ее. Я вот смотрю на немцев не так, как вы. Если бы вы знали, что они творили с нашим народом! Мы умирали, чтобы вы жили и зорко берегли свою землю. Враги никогда не откажутся от того, чтобы на нас напасть. Варшавский договор — щит нашей Родины…
Грузовик шел по автобану, и Николай всматривался в скрывающийся в дымке город с мечтой учиться дальше (у него было только семь классов образования). Дома его ждали мать, отец, четыре сестры и три брата, но его путь лежал в другую сторону: в Горьковскую область, где строилась большая картонная фабрика; в Правдинск, где возводили мощный бумажный комбинат; в Заволжье, где была автобаза, а рядом — строящийся моторный завод.
М. Любченко.
