Долгожданный отпуск, захожу в поезд, в свое купе, оглядываюсь: все три мои попутчицы – женщины разного возраста. Самая старшая из них Ирина рассказала, что они завтра после обеда выйдут в Саратове. Но не все были оттуда родом. Молодая дама с мужской брутальной стрижкой с верхней полки обмолвилась при знакомстве, что она приехала из Сибирского города Юрга.
— В Новороссийск ездили отдыхать или по работе? – спрашиваю.
— По любви, — коротко ответила она.
Но, видимо, любовь не сложилась. На двух больших станциях, где поезд останавливался надолго (50-60 минут), эта женщина заставила поволноваться всех своих попутчиц. Она бегала в город, чтобы купить себе спиртное. В первый раз забежала в поезд буквально перед отправкой, а во второй раз все подумали, что она отстала – поезд уже набирал ход, а ее все не было. Оказалось, что Татьяна успела забежать в последний вагон. Пила она тихо, без собутыльников, на своей верхней полке. Слышен потом был только запах. По дороге несколько раз разговаривала со своим мужчиной, выясняла отношения.
А потом говорила с ребенком и в разговоре ошеломленно спросила: «Ты плачешь? Не плачь, я скоро приеду». Жалко было ее ребенка и очень хотелось поучить уму-разуму мамашу. Но поезд – не место для таких разговоров. Подумала только: «Эх, не в том краю ты любовь свою искала, она там, где плачут за тобой, в ребенке твоем. Ему сейчас нужна твоя забота и материнская ласка, потому что он станет тебе опорой в старости».
