Вице-губернатор, министр природных ресурсов Краснодарского края Вадим Лукоянов рассказал в интервью информационному агентству «РБК-Кубань» о перспективных направлениях развития топливно-энергетического комплекса региона, о том, будет ли построен порт «Тамань» и нужна ли краю собственная генерация.
— Вадим Александрович, одна из самых актуальных сегодня в регионе тем — обращения с твердыми бытовыми отходами (ТБО). На прошлой сессии ЗСК стало известно, что в этом году не выделяются краевые день-ги на реализацию программы обращения с ТБО. Речь идет, прежде всего, о создании межмуниципальных полигонов?
— Вы имеете в виду, что не выделялись день-ги по программе, по которой, например, строился Тихорецкий полигон? В этом нет никакой необходимости. На сегодня мы разработали взаимоотношения с потенциальными инвесторами. Согласно им, недостающие межмуниципальные полигоны (в количестве девяти единиц), которые определены схемой обращения с ТБО в Краснодарском крае, будут построены в ближайшие два года. Лично я вижу, что они будут реализованы по прин-ципу государственно-частного партнерства (ГЧП) на основе концессионной схемы.
Мы видим несколько компаний в этой схеме. Это компании, которые уже у нас работают: ОАО «Крайжилкомресурс» (краевая компания, работает на этом рынке), сочинские предприятия, которые сегодня имеют достаточно большой опыт в этой сфере. Также есть обращения от крупных российских операторов в этой сфере. Я думаю, что в ближайшие три-четыре месяца, когда мы сформируем предмет концессии (куда войдут предложения по инфраструктуре, земельным участкам и требования об организации данных процессов), мы выйдем на конкурс и определим компании-партнеры.
Для нас было важно определить, есть ли спрос в этом сегменте: да, он есть. Мы понимаем, что сможем найти и привлечь в регион дополнительные опыт, средства, которые будут использованы в рамках тех требований, которые мы сегодня сформировали.
— В настоящее время непростая ситуация сложилась вокруг Белореченского полигона ТБО. Экологические активисты требуют его закрыть, утверждая, что он вредит природной среде района, обращаются в суды. Как вы прокомментируете эту ситуацию?
— Любой современный объект, который строится в соответствии с существующими требованиями, не может быть хуже, чем те, которые мы сегодня имеем. По идее, что мы сравниваем? Несанкционированные свалки, которые не имеют под собой ровным счетом ничего, и оборудованные площадки, проекты которых прошли общественные слушания, экологическую экспертизу, государственную экспертизу и соответствуют всем требованиям, предъявляемым к этим полигонам. Это разные вещи: совершенно другая культура обращения с ТБО и совершенно другая глубина переработки.
Мы ставим перед собой сразу несколько задач: первое, повысить глубину переработки и обеспечить воспроизводство отходов, и главное, экология — мы обязаны сохранить уникальные природные условия Краснодарского края и передать их потомкам, потому что это не только наше достояние, а всей страны: сюда приезжает вся Россия, это главный курорт страны.
— Кубань часто называют энергодефицитным регионом. Ввод новой генерации не успевает за нарастающим объемом потребления. Какие действия предпринимаются, чтобы сократить дефицит?
— У нас нет дефицита электроэнергии, есть дефицит собственной выработки, но это никак не влияет на благополучие людей, которые здесь проживают. Сегодня практически весь объем потребления обеспечивается транзитными решениями, которые были реализованы Россетями и ФСК ЕЭС. Мы построили несколько крупных станций уровня напряжения 220 кВ, также были построены станции 110 кВ. В рамках подготовки и проведения зимних Игр были вложены серьезные ресурсы в развитие и модернизацию сетевого хозяйства. Это позволило выровнять ситуацию не только в городе Сочи, но и в целом в кубанской энергосистеме.
— Регион что-то теряет на этих транзитных решениях?
— Нет, это абсолютно несвязанные вещи. Приблизительно как, например, можно купить буханку хлеба в небольшом магазине, а можно съездить в супермаркет. Может быть где-то выигрываешь, но хлеб все равно одинаковый, потому что выпекает один производитель. И здесь приблизительно также. То есть это техническое решение, которое позволяет обеспечить население в необходимом объеме электроэнергией.
— Недавно министр экономики Кубани Игорь Галась говорил о вводе новой генерации в крае, которая будет использоваться, в том числе и для обеспечения электроэнергией Крыма. На какой стадии этот проект?
— Речь идет об объектах генерации, которые должны быть построены в юго-западном районе Кубани (Крымск или Новороссийск). Действительно, такие планы есть, более того, они уже зафиксированы в стратегии развития электроэнергетики Минэнерго РФ. В первую очередь, эти объекты, конечно, несут главную функцию: повышение надежности электрической сети. А вы помните события трехгодичной давности, когда в феврале в результате стихийных явлений, вызванных сильными порывами ветра, которые достигали 50 метров в секунду, практически полностью было прервано электроснабжение Новороссийска, Анапы. Конечно, усилиями наших энергетиков оно было в кратчайшие сроки восстановлено. Но это как один из примеров.
В части повышения надежности целесообразно иметь генерацию в центре потребления энергии. С учетом наших договоренностей с Газпромом по увеличению объемов поставки газа мы понимаем, что у нас есть ресурс, и в результате выстроенных взаимоотношений между краем, Газпромом и Мин-энерго мы пришли к выводу, что необходимо реализовать такой проект. Считаем, что он будет уместным, экономически обоснованным, целесообразным.
Всего планируется ввести генерацию суммарно на 600 МВт. Это будет либо три объекта по 200 МВт, либо два на 200 и 400 соответственно.
— Раз уж речь зашла о Газпроме, в какой стадии сейчас находится реализация проекта «Южный поток» на территории региона?
— На сегодняшний день проект реализуется с опережающими сроками. И сегодня опережение составляет (я, конечно, не строитель и не Газпром, но индикативно могу определить) около года. Дело в том, что «Южный поток» — это всего лишь магистраль, которая обеспечивает передачу газа конечным потребителям, странам Европы. Но при этом в регионе вместе с потоком развивается и газо-транспортная система.
В рамках этого развития Кубань получает дополнительный объем газа около пяти млрд кубометров. Это от общего объема приблизительно 30-40% дополнительного газа.
Не считая, что мы имеем собственные возможности по добыче газа в регионе в рамках тех месторождений, на которых работает Газпром. Поэтому это существенный объем. Когда мы ориентируем себя на мероприятия, связанные с реализацией крупного проекта, то понимаем, что у нас появляется возможность строить дополнительную генерацию.
— Что сейчас происходит с проектом строительства морского порта «Тамань»?
— Сегодня проект рассматривают на уровне Правительства РФ, там определят его целесообразность. Есть соответствующее поручение правительства по этому вопросу. Напомню, что сам проект был инициирован Правительством РФ. Финансирование морской его части было включено в федеральную программу (эти деньги до сих пор там находятся). Но у каждого проекта есть макропоказатели, которые определяют его целесообразность.
На сегодня мы поддерживаем реализацию этого проекта, как и инвесторы, которые подписали соглашения два года назад на сочинском форуме. Поэтому когда будет на уровне Правительства РФ принято решение, будем работать в его рамках.
— В крае сейчас активно ведется работа по созданию технопарков. Недавно китайские инвесторы выразили намерение построить промпарк в Краснодаре, там же готовится восточная промышленная зона. Аналогичные проекты есть в Армавире, Новороссийске. Насколько подобные проекты необходимы, как ведется их реализация?
— Абсолютно точно — технопарки нужны, потому что я уже ни один раз обращал внимание на динамику, с которой развивается Краснодарский край. Мы понимаем, что она всегда под собой имеет какую-то платформу. Развитие в течение 15 лет такими гигантскими темпами, которые показывает регион, не может быть бесконечным, поэтому мы должны менять свою стратегию развития, иметь более детальное понимание, куда мы должны развиваться и как мы должны это делать.
Для нас приоритетом сегодня в определении этих вопросов является детализация, которая позволит региону не просто продолжать искать инвесторов и развивать по принципу: «что разовьется», а развивать направления, которые будут иметь определенный сегмент, определенную долю в нашем ВРП, опираясь, в первую очередь, на те рынки, которые у нас есть в регионе и сужая тем самым сегмент поиска инвесторов.
Поэтому создание технопарков — это как раз инструмент привлечения таких лидеров, которые определяют точечную задачу в определенной отрасли, определенном сегменте. И они понимают, что их появление уже будет успешно с точки зрения их ориентации, как на наш внутренний рынок и импортозамещения, так и с точки зрения лидерства в отрасли.
