(Публикация 8 мая 1979 года, в сокращении, автор В. Полудницын, фото А. Шкуринского)
Невысокий черноволосый человек с умными и немного грустными глазами — такой он на фотографии 35-летней давности.
Она висит в доме Петра Пантелеевича Стасюка с тех дней, когда он, старшина бывшей стрелковой Витебской Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова дивизии, вернулся домой. Разговаривая с ним, я все время смотрю на старое фото и хозяина. Вот только волосы покрылись сединой, стало побольше морщин, а взгляд все тот же — вдумчивый, проникающий, чуть грустный. Удивлен, а вместе с тем, вижу доволен — гордость ветерана.
Героями не рождаются, и нет на свете людей, лишенных чувства страха. Героизм — это воля, побеждающая страх, это чувство долга, которое сильнее опасности и смерти. П.П. Стасюк не был ни бесстрашным, ни испытанным воином. Служил, правда, еще до войны срочную, освобождал Западную Украину от помещичьей буржуазной неволи Польши, в октябре сорокового пришел домой. Был этот человек неистребимо штатским, мирным и далеким от войны, хотя и носил несколько лет военную гимнастерку.
Недолго побыл Петр Пантелеевич дома. Призвали его в мае 1941 года на переподготовку, а оказалось на все пять лет войны.
Дивизия, в которой он служил, сразу же под Москвой вступила в бой. Затем — Ленинград, Ржев, Витебск, Восточная Пруссия, Кенигсберг, Монголия.
Петр Пантелеевич показывает мне аккуратно сложенные военные документы: орденские свидетельства, благодарности командования, старенький военный билет 42-го года. В билете, в графе наград, запись: три ордена Красной Звезды, три медали «За отвагу», две — «За боевые заслуги». Еще несколько наградных свидетельств — это уже в мирные дни.
— Первая Красная Звезда — это за бои под Витебском. Фашист оборону тогда крепкую сделал — рвы с водой, электрические провода… Перебрались-таки: на матах из хвороста, на лестницах и прорвали оборону. А там уже до самой Германий гнали его… — вспоминает Петр Пантелеевич.
Восточная Пруссия встретила наши войска мощной обороной — все-таки последнее пристанище врага это было. Цеплялись немцы за землю всеми силами, но не смогли сдержать победный натиск Советской Армии. Под Кенигсбергом получил старшина Стасюк второй орден Красной Звезды, а 1 мая уже был в дороге.
— Мы уже знали тогда, что в мае над Рейхстагом в Берлине взвился наш советский флаг Победы. Ехали и думали, что все, домой! Обрадовались! Оказалось, что еще не домой, а на Восток, туда, где японские милитаристы держали у наших границ миллионную армию.
Там и третий орден появился на груди воина.
— Семь их было, «смертников» японских, а я один. Хотели живьем взять, без звука. Не получилось — все семеро остались на поле боя, — Петр Пантелеевич побледнел, вспоминая тот случай. А я представил себе этого человека наедине со смертью, которая рядом промелькнула, но не одолела. Победил ее отважный солдат своей смекалкой, силой и смелостью.
Лишь в июне 1946 года Петр Пантелеевич Стасюк пришел домой, к жене и пятилетней дочке. Стал он в трудное время восстановления хозяйства бригадиром огородной бригады колхоза «Украина». Часто теперь вспоминают колхозники «старшину бригады», который выращивал удивительные по вкусу овощи и фрукты. Затем строил животноводческие корпуса, может быть, оттуда и зародилась любовь к телятам. За десять лет работы вырастил он целую ферму телят — 600-700 голов. «Именные они у него, крепкие», — смеются иногда товарищи по работе…
Вот такой он, отважный солдат Великой Отечественной. По лицу вижу, что нелегко даются ему воспоминания о пережитом в годы войны.
— И память крепкая, да вспоминать тяжело, — говорит ветеран, — никому и никогда не желаю увидеть этот ужас.
Накануне Дня Победы эти слова звучат предупреждением войне, звучат наказом молодым воинам, охраняющим нашу Родину.
