Председатель совета ветеранов АО «Знамя Октября» Н.И. Майстровский и вокальная группа «Славица» (Александр Ошкало, Людмила Беспалая, Надежда Беспалая) под руководством Владимира Беспалого поздравили с 85-летием жительницу станицы Октябрьской, ветерана труда Марию Николаевну Катальникову. Мария Николаевна поделилась воспоминания о прожитых годах.
Молодую семью Шерепа Николая Васильевича и Веры Федоровны, появившуюся в 1929 году, приютила бабушка по матери Ирина Николаевна Юрченко. В семье в 1930 году появился сын Миша, в 1935 — дочь Мария, в январе 1938 года — дочь Галя, а летом Ирина Ивановна разрешила супругам разломать половину своей большой хаты и построить из этих материалов жилье на улице Шевченко (ныне Колхозная). Уже на новом месте в 1940 году родился сын Ваня. Родители работали в колхозе «Красный путь». Дети большее время находились на подворье прабабушки.
«Чертовы фашисты пришли на нашу землю»
В памяти Марии Николаевны сохранилась картинка: плачущая мать собирает котомку отцу. Как потом она поняла своим детским умом, началась война…
Мария Николаевна помнит, как немецкие самолеты бомбили станцию Крыловскую. Это было в июне 1942 года. Дети были у Ирины Ивановны, когда послышались глухие взрывы. Они выбежали на улицу и увидели, как на территорию станции пикируют самолеты и сбрасывают бомбы. От страха они бросились в хату и упали на пол в коридоре. После очередного взрыва стены хаты задрожали, открылась дверь кладовки и на них с полки посыпались отруби. В начале августа 1942 года со стороны степи появились велосипедисты, затем солдаты на тяжелых мотоциклах, повозки и автомашины. Это в станицу вступали немецкие войска.
Когда солдаты появились во дворе семьи Шерепа, от страха Маня с Ваней и Галей спрятались за спину матери. Мать, как и большинство женщин-станичниц, молча, потупив глаза, уступила дорогу непрошенным гостям. И только соседка Кретова Екатерина Федоровна, подперев руки в бока, кричала: «Чертовы фашисты, пришли на нашу землю, да и еще нас обираете!» Одни немцы, молча обходили ее, другие смеялись, указывая на нее пальцем.
Хотелось плакать, а душа ликовала
Рассказывая об оккупации, Мария Николаевна вспоминает, что и среди немцев были разные люди: одни показывали фотографии жен и детей и говорили, что они не хотели идти на войну, все это Гитлер, давали конфеты детям; другие – наоборот, избивали подростков, которые пытались что-то у них стащить. Однажды на подворье Чехова Иван Даниловича был убит немецкий солдат, и оккупационные власти пригрозили уничтожить близлежащий квартал жителей, если не будет найден убийца. Но выяснилось, что его убили в драке свои же солдаты. Немцы уходили из станицы в январе 1943 года. Они подожгли и бросили автомашину. Любопытная детвора пыталась утащить два больших снаряда, а взрослые их отгоняли.
В мае 1945 года Мария с матерью пололи на прирезке кукурузу, и до них долетели звуки работающего возле сельского совета громкоговорителя, передающего победные марши. Мимо пробежали подростки, и они узнали, что закончилась война: хотелось плакать, и в то же время душа ликовала.
Вся радость — колоски, фасоль, макуха…
В военное и послевоенное время особенно тяжело жилось зимой. Станичники отапливали хаты соломой, камышом, бурьяном. Доходило до того, что вырубали свои сады. Выручало заготовленное летом топливо из коровьего навоза и кормовых объедков, которое станичники называли «кырпычом». Когда в колхозе стали выращивать подсолнечник, использовали для отопления его пожнивные остатки, а также стерню пшеницы.
В те времена, рассказывает Мария Николаевна, люди жили бедно, но были добрыми и общительными. По улицам станицы ходило много нищих. Сердобольная Ирина Ивановна принимала всех, порой отдавая им последний кусок хлеба и оставляя на ночевку в своей хате. Приют и ночлег получали и заготовители скота, работавшие в станице. И им по возможности она варила затирку или угощала чаем. У соседа Федота Федотовича Майстровского была мельничка, которую он сделал сам. Собрав в ведро зерно с колосков, тайком нарезанных вместе с братом Мишей на колхозном поле, фасоль и при наличии кусочки макухи, они несли их к дедушке Федоту, который на своей мельничке превращал все это в крупу. Мать выпекала из нее пышки, которые дети уплетали за обе щеки.
Прабабушке было более 100 лет
Юрченко Ирина Ивановна очень была дружна с Майстровской Анастасией Наумовной. Их настольной книгой была Библия. Они читали много религиозной литературы. Сколько лет было Юрченко И.И. никто, даже из родственников, не знал. В 1958 году, когда она умерла, оказалось, что ей было более ста лет. Как память об этой удивительной родственнице осталась икона Матери Божией. Ее прабабушке подарил дальний родственник, священник Михайло-Архангельского храма. Мария Николаевна помнит, каким был первоначальный облик нашего станичного храма, куда ее водила Ирина Ивановна, особенно деревянные подсвечники. Мария Николаевна помнит, как в конце 30-х годов сельсоветчики рушили храм. И прабабушка сказала ей: «Смотри и запомни, что делают эти безбожники, рушат святое место, где мы ищем помощи, покоя и умиротворения».
Отцу не раз спасали жизнь
Отец Марии Николаевны Николай Васильевич служил в 256-й особой бригаде 304-й стрелковой дивизии в кавалерии. Очень любил лошадей. Он рассказывал, как его конь неоднократно спасал ему жизнь. И вот в одном из боев за Гомель коня убило осколком снаряда. Николай Васильевич отрезал кусочек гривы и положил в карман гимнастерки. После этого он был четыре раза ранен, но после лечения опять возвращался в строй.
29 октября 1943 года в боях за родную Кубань был ранен тяжело. Жизнь ему спас наш станичник Савченко Иван Иосифович, вытащив его из лимана. Прошло время, и семья узнала, что Николай Васильевич находится в госпитале города Краснодара. Тут же все стали собирать Веру Федоровну в дорогу. Давали все, что могли: яйца, масло, деньги. В приемном покое, перерыв все книги регистрации, нужной фамилии не нашли. Была лишь фамилия Шерепчук. Тогда мать попросила проводить ее в ту палату, где лежал этот красноармеец. Когда она увидела в палате раненого солдата, то сразу узнала в нем мужа.
В палате на шесть человек лежали раненые и больные красноармейцы. Освещалась она керосиновой лампой без стекла, вокруг витал спертый запах немытых тел и гниющих ран. У Николая Васильевича в боку была огромная незаживающая рана, на спине — пролежни. Мать умоляла, чтобы мужа перевели в нормальную палату. Пришлось Вере Федоровне задабривать подарками не только главврача, но и медперсонал, но она добилась перевода его в нормальную палату и возвратилась домой. В декабре отца перевели на лечение в город Сочи. Вера Федоровна поехала туда, в госпитале увидела мужа ухоженного, на чистой постели. Мать вернулась домой перед рождественскими святками, и привезла им невиданные плоды — мандарины.
Орден он и не получил
Отец возвратился домой летом 1944 года. Маня с меньшими Галей и Ваней были в хате. Вдруг кто-то постучал в дверь. Маня открыла и увидела на пороге усатого старца, одетого в потрепанную солдатскую шинель и обутого в разные ботинки. От страха она попятилась назад, и уже хотела закрыть дверь, как услышала «Маня, доченька!» Тут она его узнала. «Галя, Ваня, папа приехал!» — закричала Маня и бросилась к отцу. Вернулся отец больным, долго лечился. Работал сторожем, конюхом, а потом на разных работах в бригаде № 3 колхоза «Красный путь». В семье Марии Николаевны бережно хранится отцовская кубанка. Таких же семь штук Николай Васильевич заказал из шкурок выращенных им барашков и раздал всем своим близким родственникам. Не прошли бесследно ранения — в 1977 году Николай Васильевич сильно заболел и слег. Он умер, так и не получив ордена Красной звезды, которым был награжден приказом командования 304-й стрелковой дивизии за № 12/н от 18 октября 1943 года.
Из Орловской области – на Кубань
Мария Николаевна кратко рассказала историю переселения предков мужа, Алексея Афанасьевича, в станицу Ново-Михайловскую. В конце тридцатых годов в Орловской области, где и жил род Катальниковых, все еще была карточная система распределения продуктов. Кто-то из сельчан рассказал Афанасию Васильевичу Катальникову, что в Краснодарском крае булки хлеба растут чуть ли не на деревьях. В 1940 году глава семьи взял своих сыновей Николая и Ивана и поехал на Кубань. Когда оказались в станице, жители их направили все к той же Юрченко Ирине Ивановне, которая и посоветовала им стать пастухами общественного стада. Договорившись со станичниками о натуроплате, они согласились. Купив на улице Раздольной хатенку, вызвали остальных членов семьи. Главу семьи Афанасия Васильевича призвали в армию в феврале 1942 года, в августе 1943 года он пропал без вести.
Со своим будущим мужем Алексеем Афанасьевичем Мария Николаевна была знакома еще с подросткового возраста. Поженились они в 1953 году. Алексей работал в Крыловской МТС комбайнером. В сентябре 1953 года родился их первенец — сын Коля. Через восемь лет — сын Володя. Прожили они с мужем 22 года. В 1975 году Алексей Васильевич умер. Мария Николаевна практически все время проработала в колхозе рядовой колхозницей, телятницей, а перед уходом на пенсию — птичницей, звеньевой. По итогам зимовки 1988-1989 годов ее звено было награждено Почетной грамотой Крыловского райкома партии, райисполкома, райкома профсоюза АПК и райкома ВЛКСМ. По итогам 1989 года они заняли первое место в районе и получили Почетную грамоту. Мария Николаевна награждена медалью «Ветеран труда».
Подготовили: Н. Майстровский, О. Кайдаш.
