Детство мое пришлось на войну. Мне шел пятый год, когда немцы оккупировали нашу станицу Екатериновскую. Хорошо помню, что при немцах мы большую часть времени проводили на подворье у дедушки Федора Петровича Федирко. Бабушка Лукерья Николаевна, тетя Маруся, мама и мы с братом Колей, которому было два с половиной года, занимали эту весьма ограниченную жилплощадь довольно долго. Мой отец и дядя были на фронте, кормилицами оставались женщины. Поэтому сразу после изгнания фашистов с крыловской земли мама вышла на работу на ферму, где трудилась прежде. Вместе с другими женщинами рыли вручную силосные траншеи.
Пока женщины работали, их маленькие дети сидели дома под замком. Запирала мама и нас с братом. Проснувшись мы находили записку, написанную печатными буквами (я уже умел читать), в которой мама оставляла нам «руководство» по меню. Она писала: «Пейте перегон» или «Ешьте кисляк». Горячее ели вечером, когда мама возвращалась с фермы и что-нибудь готовила. Но мы росли, как все дети военного времени, набирались сил, готовились к школе.
В первый класс я пошел 1 сентября 1944 года. Этот день помню, как сейчас. Учиться предстояло в школе № 3 (ныне СОШ № 1). Маму с работы не отпустили, чтоб проводить меня на первый урок. В сопровождающие мне был определен мамин двоюродный брат Павлик Федирко. Он вел меня, крепко держа за руку. Я тогда, конечно, не мог знать (а то бы гордился еще больше), что спустя годы Павлик — Павел Стефанович — станет видным партийным и государственным деятелем. В течение 15 лет он работал первым секретарем Красноярского крайкома партии, а затем пять лет возглавлял Центросоюз. После распада Союза, будучи на пенсии, представлял Красноярский край в Совете Федерации.
Как же, иду в школу с дядей, таким взрослым, серьезным и умным! Но еще больше я волновался, потому что учеба в школе мне представлялась чем-то необыкновенным и страшно важным. Не зная, куда девать свободную руку, все время крутил пуговицу на своем новом темно-синем пиджачке. В результате в школу пришел без двух пуговиц.
Никаких торжеств тогда не было. Нас встретили приветливая добрая учительница Александра Владимировна Павловская, директор школы Андрей Фомич Павловский (муж нашей учительницы) и старшеклассники. У четы Павловских было страшное горе: они получили похоронку на сына. Переживали невероятно тяжело, но нас, первоклассников, встречали с улыбкой и добрыми словами, пряча свое горе глубоко в сердце.
Первые дни и недели учебного года были для меня самыми трудными. В тетрадках (оценки тогда ставили с самого начала) пестрели тройки и лишь изредка появлялась четверка, а однажды отхватил даже «пару». Испугавшись, что дома непременно достанется от мамы, я решил исправить положение. По дороге домой зашел к тете Марии Федоровне Федирко (она работала в нашей школе учителем начальных классов), тайком пробрался в ее комнату, нашел красные чернила, «ликвидировал» двойку. Но едва начал выводить на ее месте цифру «три», как чернила расплылись в большое красное пятно. Попытка повысить балл закончилась полным провалом и позором. Избежать наказания мне не удалось. Но воспитательная мера пошла на пользу: чаще в тетрадках стали появляться хорошие оценки, а учебный год (как, впрочем, и большинство последующих) завершил отличником. Каждый год потом к 7 ноября, Новому году получал не только благодарности, но и премии, например, десяток тетрадей, парусиновый портфель и даже отрез на школьный костюм.
Здесь я не могу не сказать несколько добрых слов в адрес тети Марии Федоровны Шелудько, пять лет назад умершей на 87-м году жизни, и дяди Василии Федоровиче Федирко, ушедшем из жизни в позапрошлом году. И в войну, и после тетя Маруся была для нас с братом второй мамой. Нашим малограмотным, работавшим с раннего утра до позднего вечера, родителям (маме Наталье Федоровне и отцу, ветерану Великой Отечественной войны Петру Даниловичу) было нелегко, и тетя бдительно следила за каждым нашим шагом, опекая во всем. Именно благодаря помощи Марии Федоровны моя учеба в первом классе из муки превратилась в радость.
А. Дикий, заслуженный учитель школы РСФСР, кавалер ордена «Трудового Красного Знамени».
