Луговский Алексей Андреевич был призван в армию в ноябре 1944 года, когда не стало отца. Его отец вернулся из плена в 1942 году и умер от ран и болезней 7 июля 1943 года. Дома остались мать и две сестры. Не пришлось парню последнего года призыва поучаствовать в боях за освобождение стран Европы. На его долю выпала нелегкая служба в 289 запасном полку, который в то время дислоцировался в районе городов Львов и Яворов. Алексей вместе с другими сослуживцами принимал участие в боевых операциях по прочесыванию местности и задержанию членов бандеровских банд. Солдаты не расставались с оружием ни на минуту. На глазах Алексея погибло немало молодых ребят в лесах Западной Украины. В августе 1945 года полк был расформирован. Алексей попал в Севастополь. Сначала в учебку, а затем на подводную лодку. Через два года получил отпуск на родину, где его встретила мать Мария Алексеевна и сестры Катя и Валя. Быстро в трудах и заботах пролетели десять суток. Надо было возвращаться в родную часть. По воспоминаниям его сына Владимира Алексеевича (это история бережно хранится в их семье, передаваясь от деда сыну, внукам), вернувшись в ноябре 1947 года на подлодку, Алексей услышал среди своих товарищей разговор о том, что набирают моряков для отправки за границу для выполнения какого-то задания. Спустя месяц его вызвали на комиссию. Стали задавать вопросы о семейном положении. На второй день было приказано собрать вещи и оставить их у своего товарища, домой же сообщить, чтобы писем пока не писали. Отобранных 600 моряков на катерах вывезли в море и на военный корабль. Здесь они прошли проверку, всех переодели в новенькую форму, и 1 января 1948 года корабль вышел в плавание, чтобы в заданном районе пересадить моряков на гражданское судно «Украина». В сопровождении двух военных кораблей поплыли в сторону Турции. Они прошли Босфор, Мраморное море, Дарданеллы, Эгейское и Средиземное моря. Уже в походе моряки узнали, что им предстоит забрать две субмарины и линкор, причитающиеся нашей Родине по контрибуции от итальянского военного флота — союзника фашистской Германии. Пришвартовались они в албанском городе Дуррес. Сюда итальянские моряки должны были подать свои суда. Простояли на рейде трое суток. На берег никого не пускали. Там ежедневно собиралась албанская молодежь и люди постарше. Они пели на русском языке «Катюшу» и дружелюбно приветствовали советских моряков. После выхода на берег Алексею посчастливилось пообщаться с албанцами, но поскольку они не знали русского, а моряки — их языка, общение получилось скудным. Когда шлюпку с матросами поднимали на теплоход, Алексей свалился с 12-метровой высоты в воду. Но все прошло благополучно, отделался легким испугом. После недолгого ожидания поступила команда всем срочно высаживаться на берег. На берегу их разместили в албанской военной части в полной изоляции на два месяца. Когда наконец пришли трофейные суда из Италии, моряков переправили на них. С целью недопущения непредвиденных действий каждому был дан приказ занять место с итальянцем. Советские моряки не оставляли даже Луговский Алексей Андреевич был призван в армию в ноябре 1944 года, когда не стало отца. Его отец вернулся из плена в 1942 году и умер от ран и болезней 7 июля 1943 года. Дома остались мать и две сестры. Не пришлось парню последнего года призыва поучаствовать в боях за освобождение стран Европы. На его долю выпала нелегкая служба в 289 запасном полку, который в то время дислоцировался в районе городов Львов и Яворов. Алексей вместе с другими сослуживцами принимал участие в боевых операциях по прочесыванию местности и задержанию членов бандеровских банд. Солдаты не расставались с оружием ни на минуту. На глазах Алексея погибло немало молодых ребят в лесах Западной Украины. В августе 1945 года полк был расформирован. Алексей попал в Севастополь. Сначала в учебку, а затем на подводную лодку. Через два года получил отпуск на родину, где его встретила мать Мария Алексеевна и сестры Катя и Валя. Быстро в трудах и заботах пролетели десять суток. Надо было возвращаться в родную часть. По воспоминаниям его сына Владимира Алексеевича (это история бережно хранится в их семье, передаваясь от деда сыну, внукам), вернувшись в ноябре 1947 года на подлодку, Алексей услышал среди своих товарищей разговор о том, что набирают моряков для отправки за границу для выполнения какого-то задания. Спустя месяц его вызвали на комиссию. Стали задавать вопросы о семейном положении. На второй день было приказано собрать вещи и оставить их у своего товарища, домой же сообщить, чтобы писем пока не писали. Отобранных 600 моряков на катерах вывезли в море и на военный корабль. Здесь они прошли проверку, всех переодели в новенькую форму, и 1 января 1948 года корабль вышел в плавание, чтобы в заданном районе пересадить моряков на гражданское судно «Украина». В сопровождении двух военных кораблей поплыли в сторону Турции. Они прошли Босфор, Мраморное море, Дарданеллы, Эгейское и Средиземное моря. Уже в походе моряки узнали, что им предстоит забрать две субмарины и линкор, причитающиеся нашей Родине по контрибуции от итальянского военного флота — союзника фашистской Германии. Пришвартовались они в албанском горе Дуррес. Сюда итальянские моряки должны были подать свои суда. Простояли на рейде трое суток. На берег никого не пускали. Там ежедневно собиралась албанская молодежь и люди постарше. Они пели на русском языке «Катюшу» и дружелюбно приветствовали советских моряков. После выхода на берег Алексею посчастливилось пообщаться с албанцами, но поскольку они не знали русского, а моряки их языка, общение получилось скудным. Когда шлюпку с матросами поднимали на теплоход, Алексей свалился с 12-метровой высоты в воду. Но все прошло благополучно, отделался легким испугом. После недолгого ожидания поступила команда всем срочно высаживаться на берег. На берегу их разместили в албанской военной части в полной изоляции на два месяца. Когда наконец пришли трофейные суда из Италии. Моряков переправили на них. С целью недопущения непредвиденных действий каждому был дан приказ занять место с итальянцем. Советские моряки не оставляли даже на секунду своих подопечных. Сдав корабли, итальянские моряки пытались высадиться на берег, но там их ждала большая толпа албанцев, вооруженных лопатами, вилами, угрожая им расправой. Так и пришлось нашим морякам их опекать, пока за ними не пришли катера. Выпроводив бывших хозяев, моряки стали наводить порядок на судах. Из СССР пришла баржа с топливом и водой. Было принято решение отправлять в день по одному судну: сначала подлодки, а затем линкор. Первой уходила лодка Алексея, которой предстояло поверхностное плавание. В Черном море все три судна должны были объединиться и войти в Севастопольскую бухту эскадрой. Но планам не суждено было сбыться. В Средиземном море субмарина попала в 9-балльный шторм. Экипаж выжил чудом. Командир, штурман и впередсмотрящий привязали себя к мостику. Была такая болтанка, что морской болезнью заболели даже те, кто раньше ею не страдал. На другой день, утром, стояла необычная тишина. Казалось, моряки попали из ада в рай. Команда приходила в себя, матросы осмотрели субмарину и двинулись дальше. В Севастополе их встретил сам командующий флотом, позже подошли и другие суда. Моряки получили благодарность командования, а некоторые, в том числе и Алексей, — поощрение 10-суточным отпуском на родину. Но дома моряк не побывал. При ремонте субмарины он обнаружил пакет бумаг и передал его старшине. Приехал особист и целый месяц разбирался. Оказалось, уже после перевода на русский язык, это были антифашистские листовки итальянских коммунистов. Алексея оставили в покое. Но это стоило ему большой нервотрепки и отпуска. Прослужив на флоте почти шесть лет, в марте 1951 года старшина первой статьи Алексей Андреевич Луговский (на снимке справа) демобилизовался. Среди медалей на груди ветерана-подводника в праздничные дни красовались медаль «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945», орден Отечественной войны второй степени, а уже за труд в мирное время — медаль «За трудовое отличие». Умер он на 76 году жизни в сентябре 2002 года.
