Кто-то словно диктовал ему свою волю… Пока алкоголик сам не осознает глубину своего падения и не захочет победить эту зависимость, уговаривать его как-то бороться с запоями бесполезно.
Бориса сначала вызывал на беседы его начальник, уговаривал, стращал, делал выговоры… Он боролся как мог за своего лучшего специалиста. Борис был отличным автоэлектриком. Автоцентр по ремонту немецких автомобилей, в котором он работал, считался одним из крупнейших в городе. И Борис мог разобраться в самых сложных схемах. Владельцы иномарок, как правило, были людьми не бедными. И нередко за ремонт машин, кроме оплаты в кассе, презентовали мастеру дорогие спиртные напитки. Так что Борису даже не надо было покупать спиртное. И он не видел ничего плохого в том, чтобы расслабиться хотя бы раз в неделю в хорошей компании и под хорошую закуску. И кто сегодня обращает внимание на слова наркологов о том, что регулярное употребление алкоголя в конечном итоге приводит к зависимости, если другие врачи говорят, что бокал вина или 40 граммов коньяка в день будут только на пользу?! Иногда очень хочется спросить: «Какие многолетние исследования были проведены, чтобы делать такие заявления?» Причем, далеко не все могут остановиться на этой небольшой дозе. Почему об этом никто не задумывается?
Вот и Борис, слушая всякие советы, как-то плавно перешел от употребления алкоголя один раз в неделю к каждодневному приему. Вот только на 40 граммах он не останавливался… По утром у него стали трястись руки, начала подводить память. Борис иногда не мог вспомнить даже самые простые для него, как специалиста, операции, которые он раньше выполнял, как дважды два – четыре.
Даже тогда, уже осознавая в душе, что у него проблемы, он не мог отказаться от алкоголя, потому что самостоятельно не решал: пить или нет. Кто-то словно диктовал ему, парализуя волю: «Выпей, расслабься, пошли всех подальше…»
У Бориса начались проблемы не только на работе, но и в семье. Он мог обозвать жену грязными словами, если Катя настаивала на кодировке. Раньше Борис себе никогда такого не позволяя. Дочь колотила его своими кулачками и кричала: «Не обижай маму!» Тогда горе-папаша шел в гараж, где у него была заначка, и снова пил…
Когда его уволили с работы, жена ушла, забрав дочку с собой. Борису со съемной квартиры пришлось перебраться к своей пожилой матери. Первое время он еще как-то подрабатывал, пытался помириться с женой, обещал «завязать». Но свое слово Борис держал всего месяца три, потом снова уходил в запой. У Кати появился друг, она стала запрещать дочери видеться с отцом-алкоголиком…
– У него ведь дочь растет, ей надо помогать. И он сам еще может устроить свою личную жизнь, если бросит пить. Ему всего 42 года, мужчина в расцвете сил. Постарайтесь уговорить его длительно пролечиться в стационаре, а потом лечь в какой-нибудь реабилитационный центр, – советовал врач-нарколог матери Бориса, пока тот лежал под капельницей.
– Сын уже год не работает, я на свою пенсию его долго лечить не смогу, да и он не захочет. СПИД у него обнаружили год назад. Встречался до этого с женщиной, с виду приличной. А потом попал в больницу, проблемы у него были с кишечником. Оказалось, что он ВИЧ-инфицированный. С тех пор не работает, только пьет. Правильно говорят, что если человек сам себе не создаст проблемы, то и сатана ему не навредит… Но я попробую с ним поговорить. Мне его так жалко, – на глазах у женщины навернулись слезы. – Ведь и ВИЧ-инфицированные на препаратах могут прожить подольше и в глазах дочери он все же должен остаться хорошим человеком. Да, я поговорю с ним.
О. Подобная.
