Когда человек талантлив, он раскрывается, как правило, во многих областях, и если за что-то берется, то делает все мастерски и основательно. Зинаиду Ивановну Кузнецову трудно перехвалить: настолько это многогранный человек. Преподает в Детской школе искусств станицы Октябрьской, руководит там же инструментальным ансамблем «Гармония», пишет музыку, является регентом хора Михайло-Архангельского храма, а в свободное время вышивает крестиком картины, вяжет разные вещички любимой внучке. У нее очевидно-невероятный стаж работы в культуре — 53 года! Более полувека она положила на алтарь любимого дела.
Талант унаследовала от отца
Родом она из села Труновского Ставропольского края. Третий ребенок в семье. У Зинаиды Ивановны — было две сестры. Через два года после ее рождения Кузнецовы переехали в Ставрополь. Купили там времянку с земляным полом и двумя крошечными комнатами. А семья была большая — восемь человек: мать и отец, трое их детей, брат, сестра (она была инвалидом) и отец матери. Зинаида Ивановна вспоминает, как ее сестра говорила: «Я жду не дождусь, когда смогу спать, вытянув ноги». Она долгое время спала на сундучке, в такой тесноте приходилось жить в ту послевоенную, очень трудную пору. Маленькая Зина в три годика еще спала в младенческой люльке, подвешенной к потолку ремнями. Только в 1953 году семья построила свой небольшой дом, куда все восемь человек и переехали. Зина в том же году пошла в школу.
Увлечение музыкой ей передалось по наследству от отца — Ивана Гавриловича.
— Талантливейший человек был, — вспоминает Зинаида Ивановна. — У него был абсолютный музыкальный слух, и он играл на баяне так, как не все и по нотам могут. В детстве, когда ему было четыре годика, его старшей сестре подарили гармошку. Он, бывало, ее стащит, где-нибудь спрячется за стогом сена и пытается на ней играть. Его найдут, отругают, инструмент отнимут. А через время история повторяется. К девяти годам он сам научился играть на гармошке, да так хорошо, что его на свадьбы стали приглашать. На слух мог воспроизвести на баяне любой старинный вальс, польку, мазурку — все, что звучало в то время по радио. Баяна у нас своего не было, отец иногда приносил инструмент с работы. Трудился он на мельнице токарем-вальцерезом. Когда приходил с баяном, я садилась рядом с ним на весь вечер и слушала, смотрела. Когда подросла, стала просить: «Папа, ну, покажи мне что-нибудь, как играть». Первое, что он мне показал, — вальс «На сопках Маньчжурии».
Мама записала дочку в музыкальную школу
Мама Зины, Анна Федоровна, работала в магазине напротив музыкальной школы. Увидев, что дочь тянется к музыке, расспросила преподавателей, кого принимают в музыкальную школу. Ей ответили: «Любого ребенка с музыкальными данными». Она как-то пришла с работы и спросила свою младшую дочку: «Хочешь учиться в музыкальной школе?»
Зина с детским восторгом встретила это предложение. В средней школе, к тому времени, она уже заканчивала четвертый класс. В музыкальной школе надо было учиться пять лет. А Зина после обязательных восьми классов хотела пойти учиться в музыкальное училище. Чтобы осуществить мечту, она экстерном закончила за один год два класса в музыкальной школе с похвальной грамотой и хорошо сдала экзамены в средней школе. В этом же году поступила в Ставропольское музыкальное училище. После его окончания пробовала поступить в консерваторию. Не прошла по конкурсу. Через два года поступила в Краснодарский институт культуры. Училась там заочно пять лет. По распределению из музучилища Зинаиду Ивановну приняли преподавателем в музыкальную школу села Шпаковского, рядом со Ставрополем. 35 лет своей биографии она отдала этой школе.
А потом пришли неблагополучные 90-е годы. Село Шпаковское переименовали в город Михайловск, преподаватели перестали получать 25% надбавки за работу в сельской местности, количество учеников сократилось. А ездить на работу надо было из Ставрополя, тратиться еще и на билеты туда и обратно. Зинаиде Ивановне нужно было самой поднимать сына, брак у нее оказался неудачным. Через несколько лет она даже решила поменять фамилию ребенка на свою. Комиссия, которая беседовала с обоими родителями, не только пошла ей навстречу, но и запретила отцу общаться с сыном во избежание дурного влияния на ребенка.
Родителей Зинаиды Ивановны уже не было в живых, умерла и старшая сестра. Поэтому родительский дом был продан, вырученные средства поделили между наследниками. В 1999 году Зинаида Ивановна переехала в станицу Октябрьскую, купила там дом. Директор музыкальной школы Николай Георгиевич Подляцкий принял Зинаиду Ивановну на работу, где она трудится и по сей день.
Похвала учителю — в его учениках
Бессчетное количество учеников выпустила Зинаида Ивановна. Почти с самого начала трудовой деятельности в Октябрьской ДШИ она руководит ансамблем народных инструментов «Гармония», который не раз становился лауреатом различных местных, зональных и краевых конкурсов (о чем свидетельствуют многочисленные дипломы).
— Кто-нибудь из ваших учеников после окончания школы связал свою жизнь с музыкой? — спрашиваю.
— Когда работала в шпаковской музыкальной школе, 16 моих выпускников поступили в Ставропольское музыкальное училище. Володя Бусовиков закончил Ростовский музыкальный педагогический институт, сейчас в Германии работает в музыкальной школе и занимается концертной деятельностью, женился там на немке (она переехала туда тоже из России). Диана Завершанская закончила музшколу по классу аккордеона, а поступила в институт на вокал. Павел Епатко проучился у меня три года и сейчас поступил в Краснодарскую школу одаренных детей при Кубанском казачьем хоре. Учится там уже два года. Когда приезжает в станицу, приходит ко мне, я его консультирую. Вася Проценко поступил в Краснодарский институт МВД России. При построении курсантов спросили: «У кого есть музыкальное образование?» Он поднял руку и с тех пор стал постоянным участником художественной самодеятельности.
Несколько лет назад Зинаида Ивановна попыталась организовать встречу своих выпускников, которых учила еще в Ставропольском крае. Помог один из первых ее учеников Миша Костенко. Телефоны нашел. Со многими Зинаида Ивановна пообщалась, но на встречу смогли приехать только пять человек. Трое из них продолжают играть на баяне и весь вечер забирали друг у друга инструмент, чтоб показать, что они еще умеют. Володя Колесников, сам дальнобойщик, такие частушки исполнял, что до слез смеялись все. А потом попросил Зинаиду Ивановну сыграть «Прощание славянки» и такие куплеты спел под аккомпанемент, что его учительница сказала: «Ты мог бы стать незаурядным эстрадным артистом!»
— А ведь он когда-то бросал музыкальную школу. Помню, перестал ходить на занятия, сначала, думала, что заболел. Потом пошла к нему домой, он меня в окно увидел, глаза испуганные. Мать его одна воспитывала. Около часа с ним беседовала, уговаривала не бросать занятий. Он тогда уже три класса отучился в музыкальной школе, — рассказала Зинаида Ивановна. — Закончил он школу. Попал в армию, куда-то в Сибирь. Встречаю я как-то его мать, она мне и рассказывает: «Вова письмо прислал. Пишет: «Увидишь Зинаиду Ивановну, скажи ей спасибо за то, что она меня-дурака заставила музыкальную школу закончить. Я здесь клубом заведую». Офицерам и солдатам там праздники устраивал.
Другой интересный ученик был Витя Багринцев. Во время занятий в музыкальной школе и училище он, помимо баяна, увлекся духовыми инструментами, стал параллельно заниматься и на этом курсе. Когда пошел служить, попал на флот, на Дальний Восток. Там его сразу привлекли играть в духовом оркестре. У него был абсолютный музыкальный слух. Он дирижеру помогал. Мог расписать партии с пластинки для всех инструментов. Дирижер стал поручать ему репетиции проводить, а потом и вовсе уехал в Америку на постоянное жительство. А Витя стал дирижером военного духового оркестра. 12 с половиной лет там отслужил, а поскольку на Дальнем Востоке год за два считается, вышел на пенсию в 30 с лишним лет. До сих пор пишет музыку, а работает охранником в банке.
Много лет руководит церковным хором
Есть еще одна интересная страница в биографии Зинаиды Ивановны. Как-то пришел к директору музыкальной школы иеромонах Стефан и попросил, чтобы коллектив учителей помог в организации хора в храме архистратига Михаила. Сразу на беседу с настоятелем пришли несколько человек, но уже через небольшое время в церкви на клиросе из музыкальной школы постоянно осталась петь Зинаида Ивановна. А вскоре она стала регентом церковного хора, воцерковленной христианкой. И чтобы певчим было удобно, она расписала все службы (пасхальную ночную и другие), все воскресные тропари и кондаки по нотам так, чтобы под нотной строкой шел текст и можно было петь с листа. Тех, у кого не было музыкального образования, научила азам сольфеджио (умению по нотам воспроизводить голосом мелодию с листа). Раньше церковный хор собирался на репетиции по два раза в неделю. Пели красиво. Помню, когда первый раз попала на службу в Михайло-Архангельский храм, заслушалась.
На досуге, которого у Зинаиды Ивановны бывает не так много, она рукодельничает: вяжет что-нибудь внучке или вышивает крестиком картины. Рукоделием увлекалась с детства, а вот вышивкой занялась только в двухтысячных годах. По признанию собеседницы, она так любит это занятие, что может трудиться над картиной до поздней ночи.
А еще в свободное время она пишет музыку. Мотив возникает как бы сам собой и крутится в голове до тех пор, пока Зинаида Ивановна его запишет и сыграет на баяне. Она написала 10 этюдов (в основном на развитие музыкальных навыков для учеников) и 18 пьес. И в завершение разговора для меня исполнила веселую польку и два совершенно чудных волшебных вальса, напитав душу радостью, трепетом, тихим сказочным восторгом.
О. Подобная, фото автора.
