Интеллигентная, скромная, с правильной чистой речью. Нина Константиновна Варнавских всю жизнь проработала в культуре. Почти 50 лет (!)- ее трудовой стаж, 34 года из которого она была заведующей районной библиотекой, 15 лет — директором музея истории станицы Крыловской. И никогда не подумаешь, что в ее биографии есть почти героические страницы, связанные с самоотверженной комсомольской молодостью.
За знаниями — 35 километров пешком
Родилась она в хуторе Тверском в 1936 году. Мама ее, Марина Михайловна, работала в колхозе. А отец, Константин Андреевич, был портным от Бога: за 45 минут мог сшить мужские брюки. Прошел всю войну, вернулся домой с наградами. А вот старший брат Нины Константиновны Прошак Семен Константинович пропал без вести, его имя высечено на обелиске возле Вечного огня. Всего в семье родились четверо детей. Старшая сестра умерла еще ребенком. Большую роль в жизни Нины Константиновны сыграл средний брат Алексей (ныне уже усопший). Он был очень талантлив, сам научился играть на различных инструментах, очень много читал, в том числе вслух — для мамы и сестры. Так проходили у них долгие зимние вечера при мерцающем тусклом свете лучины, особенно во время Великой Отечественной войны.
В 1943-м, когда Крыловский район освободили от немецких захватчиков, Нина пошла в школу. Закончила семилетку и уговорила родителей разрешить ей учиться дальше — в Крыловской. Только там в то время была полная средняя школа — десятилетка. Всю неделю Нина с подружкой жила на квартире, а на выходные девчонки ходили домой. Пешком! 35 километров! Зимой в стужу, весной и осенью — по грунтовой дороге, которую после дождя и талого снега всегда развозило. А в воскресенье вечером возвращались обратно.
— Сейчас, если кому рассказываю, никто не верит, — улыбается Нина Константиновна.
Как-то на обратной дороге решили они сократить путь и пошли мимо кладбища. Тихо, пустынно, кресты видны меж деревьев. Вдруг увидели одно дерево, которое было вывернуто с корнями. Дунул ветер, дерево заскрипело, девчонки решили, что это мертвые из могил выходят, и, стуча зубами от страха, бросились бежать. А иногда им везло. По этой дороге, бывало, ездил бензовоз. Подружки уговаривали водителя подвезти их, он ругался, потому что места в кабине для двоих не было, но соглашался из жалости. Девчонки, став на небольшой выступ, цеплялись за бочку и так ехали домой.
С детства, по примеру брата, Нина очень любила читать, была завсегдатаем тверской библиотеки, заведовала которой Корчагина Мария Никитична. Она иногда поручала старательной девочке с хорошим почерком заполнять формуляры. Нина любила посидеть в библиотеке, где пахло книгами и всегда было тихо.
На Алтай — по комсомольской путевке
После школы она пыталась поступить в пединститут, не прошла по конкурсу. И через год поступила в ростовский областной библиотечный техникум. После окончания, как всегда, распределение было жестким, направления были только в отдаленные края и области: Приморский край, Хабаровск, Ульяновская область. Нина выбрала Алтайский край и вместе с направлением в ростовском горкоме комсомола получила путевку на освоение целины, началось которое в 1954-м и продолжалось несколько лет. Отправка была для всех в одно время, выделили для этого целый состав с вагонами красного цвета и прикрепленными к ним флагами с надписью: «На целину!». Ехала одна молодежь, полная романтики и ожидания новых свершений. Всю дорогу, а на нее ушла целая неделя, пели песни. В Иваново к ним в вагон сели еще 10 киномехаников. Все прибыли в барнаульское управление культуры. Их подвели к карте области и сказали: «Специалистов по культуре нет нигде, выбирайте, куда кто поедет!» Нина с подружкой-ростовчанкой выбрали Третьяковский район, как его называли в то время — район будущего, где шло интенсивное освоение целины.
— С нами в вагоне ехали молодые ребята и пугали нас трудностями, — вспоминает Нина Константиновна. — Зря пугали: нас встретили очень хорошо, на квартиру определили. Мне там понравилось, работали мы в библиотеке, участвовали в самодеятельности и в уборке урожая.
Днем в библиотеке, вечером — на току
Нине Константиновне выдали путевку (она сохранила ее до сих пор) с таким содержанием: «Комсомольская путевка выдана тов. Прошак Нине Константиновне в том, что она по призыву ЦК ВЛКСМ изъявила добровольное желание участвовать в уборке урожая на целинных землях в 1956 году и назначена общественным контролером». Она могла с этим документом остановить любую машину с зерном и проверить, как она упакована и куда везут зерно. Днем девчата работали в библиотеке, а вечером — на току. А зарплаты были мизерные, никаких надбавок за освоение целины не было.
— Урожай зерновых там, конечно, собирали меньше, чем у нас. На зиму ничего не сажали. У каждого местного жителя там огороды были, но при доме выращивали только помидоры, зелень. Под картофель нарезали участки в полях. Картошка там растет крупная, размером с голову, — рассказывает моя собеседница, — а сколько там земляники! Когда косят траву, коса красная от сока этих ягод. Везде родники бьют с холодной чистой водой. Рядом, километрах в ста, был город Змеиногорск, а назывался он так потому, что улицы там были извилистые. Очень красивый город Бийск, расположен он в дубраве со старыми неохватными дубами.
Красота — не передать! А надо домой
Еще в тех местах проходит Чуйский тракт — дорога на Монголию. Огромные машины шли туда крытые, я там впервые такие увидела, и они мне казались великанами. А вдоль тракта деревья высокие растут и вверху переплетены своими кронами. Кафе там стоят в виде избушек на курьих ножках с русскими печками внутри. Очень красиво! А в лугах и на сопках — цветов полевых видимо-невидимо, красота такая, что не передать. А зимой морозы были 30-40 градусов, но я там ни разу не болела. Мне очень там нравилось. Но родители писали: «Возвращайся домой, мы уже болеем, а ты далеко». Больше года я там проработала и собралась домой с подружкой. А нам трудовые книжки не выдали, не отпускали, хотели, чтоб мы вернулись после отпуска. Мы обещали, что вернемся.
Но Нина Константиновна не вернулась: такие боевые комсомолки и дома были очень нужны. Заведующим отделом культуры в то время был бывший секретарь райкома комсомола Федченко Виктор Миронович.
— Душа-человек был, его уже нет на свете, царство ему небесное. Он меня очень хорошо встретил, — вспоминает Нина Константиновна. — Просил, чтоб я осталась, назначил меня заведующей детской библиотекой, а через две недели перевел заведующей районной библиотекой. Запрос послал в Алтайский край, чтоб выслали мою трудовую книжку. Но оттуда пришла только справка, трудовую мне здесь новую завели и справку туда вклеили, так она у меня там всю жизнь и была. Вместе со всеми комсомольцами культуры я активно участвовала во всех мероприятиях, пела в хоре, ездили мы по станицам и селам с концертами. А отопление было печное. Однажды техничка в клубе печку затопила и трубу перекрыла. Мы поем, а нам уже дурно, девчата стали в обморок падать, но песню допели до конца.
Когда район восстановили, Нина Константиновна была членом райкома комсомола, участвовала в заседаниях, где много разных вопросов рассматривали: о благоустройстве, о наведении порядка, о помощи в уборке урожая и бытовые — бывало, мирили жен с мужьями.
Будущего мужа встретила на работе
В библиотеке Нина Константиновна встретила Алексея Игнатьевича, своего будущего мужа-сибиряка (его уже нет в живых). Он после демобилизации из армии решил поехать к сестре на Кубань, которая жила в Крыловской, встретил здесь свою судьбу и, как говорится, пустил корни. Ему на Кубани больше нравилось жить, чем в Сибири. В браке у них родились двое детей — дочь и сын.
Нина Константиновна честно трудилась всю жизнь. Всегда была активной общественницей, членом нескольких общественных клубов, таких как «Крыловчанка», «Союз пенсионеров», «Ностальжи». После выхода на пенсию возглавила Крыловский музей. Еще с техникума она прекрасно умела оформлять различные тематические плакаты и стенгазеты, а за всю жизнь их сделала несчетное количество. Всегда много читала и выписывала раньше домой много газет.
— Сейчас с нетерпением жду «Авангард», мне нравится наша районная газета, внимательно читаю все новости.
Нина Константиновна заслужила такие высокие звания, как Ветеран труда, Заслуженный работник культуры Кубани, у нее несколько папок с различными грамотами, дипломами и благодарностями, есть значок «Ударнику культармейцу».
— Я честную счастливую жизнь прожила и считаю, что она у меня удалась, — подытожила нашу беседу Нина Константиновна.
О. Подобная.
