Экзаменационная пора для выпускников и абитуриентов во все времена была волнительной для многих россиян: ведь у каждого экзаменуемого есть семья, друзья, которые за него переживают. Но введенный когда-то Единый государственный экзамен возвел это беспокойство до максимума. Сначала было всем страшно, потому что боялись нового и неизвестного. Сами кидались покупать ответы, удивлялись 100 баллам, набранным по русскому языку учащимися аулов, рвавшимся в вузы Москвы. Репетиторы стали востребованы как никогда – впрочем, не только в 10-11 классах, но начиная уже с первого года школьного обучения. Страшно стало уже и потому, что не знали, где брать деньги на этих самых репетиторов. Кредит на обучение будущего студента вошел в норму и никого уже не удивляет.
А, собственно, что же изменилось? Разве, сдавая экзамен «по старинке», не приходилось нам вспоминать все по нужному предмету, начиная с самых-самых «азов»? Разве не готовились, решая задачи по сборникам? Неужели все-все привыкли рассчитывать, что попадется тот самый легкий билет, что спасет положение? Все также есть те, кто может ответить на любой вопрос из билетов, те, кто выучил и знает только «половину», и те, кто надеется на улыбку фортуны. Но ажиотаж вокруг ЕГЭ не угасает: то ли потому что на его проведение тратятся огромные средства (а ну-ка, напечатать столько бланков, оплатить работу составителей тестовых заданий, обеспечить видеонаблюдение в каждом классе), то ли потому, что уж больно форма сдачи ЕГЭ напоминает какой-то допрос с пристрастием и обыском, то ли из-за конфузов, которых раньше при обычной устной или письменной сдаче быть не могло.
В самом деле, несложно вообразить себе состояние учащегося, которому вдруг не досталось дополнительного бланка. Где-то кто-то решил, что вот этого количества бланков хватит, так что нечего бумагу зря переводить, и в нескольких городах России по нескольким предметам детям пришлось пересдавать экзамен в резервный день. И получить результат экзамена, сданного в этот злосчастный резервный день, только 6 июля. А 7 июля – последний срок подачи документов в вуз. «Ох, у нас уже комиссия заседает, ну, попробую ваши документы подсунуть!», — помню, как пять лет назад эта фраза повергла меня чуть ли не в страх и трепет. «Но как же! Я физически не успела бы подать документы раньше! Только получила, на следующее утро – сразу в город», — вертелись в голове оправдания. Приняли, конечно, рассмотрели – поступила. Повезло: мест бюджетных хватило на всех желающих. А кому-то на другом факультете и в другом институте не повезло и, видимо, не повезет еще не раз.
Мне довелось сдавать ЕГЭ с выпускниками прошлых лет: после 9 класса я училась в колледже, а в университете требовались именно баллы по определенным предметам. С одной стороны, не было так страшно, как школьникам: имея семью и двоих детей, сразу переоцениваешь такие ситуации, и переживать так, как некоторые выпускники, доводящие себя до анорексии и депрессии, ты просто уже не в состоянии. Есть в жизни вещи посерьезнее, скажем прямо. К слову, поэтому мне не понять тех родителей, которые так наводят панику в своей семье, что поход на экзамен мыслится как будущий бой не на жизнь, а на смерть. «Сегодня выпускники школ сдали экзамен по математике: столько-то работ было аннулировано, столько-то человек уже подали аппеляции…» — ежедневные выпуски новостей напоминают больше военные сводки потерь и побед. В самом деле, процедура сдачи в чужих стенах с незнакомыми ребятами в одном помещении под зорким оком наблюдателя и камер – не из приятных. Так зачем же все усложнять еще больше?
Конечно, новость, что ЕГЭ видоизменится, порадовала многих. Чем были плохи наша старая система образования и процесс сдачи экзаменов? Многие страны ближнего и дальнего зарубежья перенимали наш советский опыт, и сейчас успешно осваивают школьные науки по этой самой кальке. Мы сделали ставку на модернизацию, но, как обычно, не реформируя уже хорошо прижившееся, а разрушая до основания и изобретая новый велосипед. И прогадали, судя по всему. Но, если честно, меня удивляют разговоры про возрастающую с каждым годом сложность заданий (сдавала ведь, тоже готовилась, без репетиторов, правда, по книжкам). Может, дело не в самих заданиях, если с ними в этом году справился даже 85-летний пенсионер-спортсмен из Иваново, показав далеко не самый плохой результат? А в том, как теперь составляют учебные программы и что входит в «современную» базу знаний? Все эти ФГОСы, экспериментальные программы, урезание часов по предметам, считавшихся раньше приоритетными, и забивание голов нынешних учеников сторонними ненужными теориями и практиками не могли не отразиться на конечном результате. Но это уже совсем другая тема.
Ю. Яковенко.
