(Мы продолжаем рассказывать о семье В.В. Ксенз.)
На долгие годы в памяти Владимира Васильевича Ксенз остались воспоминания о том нелегком военном времени, когда он был еще малолетним пацаном. Лето 1942 года. Сосед дед Василий Шкорина говорит ему и старшему брату Ивану: «Сегодня я буду на колхозной пасеке качать мед, так что вы с братом приходите попробовать». Они, недолго думая, потихоньку отправились на пасеку к деду Василию. Кроме них там уже были соседские мальчишки. Дождались, когда дед накачает меду.
И только тот стал угощать, налетели на станцию немецкие самолеты. Раздались бомбовые разрывы, повалил черный дым от горящего элеватора. Затем бомбы посыпались на старую ростовскую дорогу, по которой двигались наши войска. Иван схватил Володю, и они что есть сил бросились бежать домой. Запомнился ему еще такой случай. На их подворье, когда родители в 1930 году строили хату, станичный умелец Сухомлинов вырыл колодец. В нем, единственном в округе, была «добрая вода» (так называли питьевую воду). Воду из колодца брали все соседи, а в годы оккупации и немцы. Каждое утро к их колодцу на подводе с кадушкой подъезжал немец. Володя вместе с другими ребятами невдалеке наблюдал за этим процессом. И вот однажды немец, будучи в благодушном настроении, поманил ребят пальцем: «Ком цу мир!» Отважился подойти брат Борис. Немец дал ему пузырек, в котором были небольшие «фасолины». Ребята их поделили и съели первые в своей жизни конфеты. Однажды, проснувшись рано утром, он увидел на полу у своей кровати трех спящих немецких солдат. Мать возилась у печки. Володя встал с кровати, перелез через укрытых с головой немцев, добрался к стоящим в углу автоматам, попытался их поднять, но это было не под силу трехлетнему пацану. Немцы даже не шелохнулись, продолжая мирно спать. Мать погрозила ему пальцем, и Володя вернулся обратно в кровать. Через время солдаты проснулись, встали, молча надели шинели и ушли. Как сейчас помнит Владимир Васильевич отступление немецких войск по улице имени Буденного, ныне Трудовая. Был конец января 1942 года. Стояла ненастная погода, шел мокрый снег. Володя сидел у окна своей хаты и видел, как немцы тащили по грязной колее пушки. Понурый строй солдат в зеленых шинелях и зычная команда: «Айн, цвай, драй!» Такую же команду он слышал и раньше, когда летом мимо их двора немецкий ефрейтор вел солдат купаться. Поэтому, когда он пошел в школу, то очень удивился, что по-русски это «один, два, три». В 1948 году Володя пошел в первый класс СШ №14, который вела Шульга Нина Семеновна. А уже начиная с 5 класса классным руководителем была Красненко Нина Ивановна, строгая, но очень справедливая учительница. Семья Ксенз была многодетная. Володя носил одежду после брата Василия. Обувь шил и ремонтировал отец. Был случай, когда Володя не дошел до школы, поскольку оторвалась подошва у сапога. Окончил школу он со средним баллом 4,5. Это был самый лучший показатель в классе. В те времена после окончания десятилетки в селе для поступления в институт нужно было заработать два года колхозного стажа. Это делалось с целью, чтобы задержать молодежь в колхозах. Поэтому все выпускники шли работать на поля и фермы. Однажды директор школы Самойлик Борис Иванович спросил, согласен ли Володя поступать в Армавирский пединститут. Если он согласен, то в школу должен прийти отец. Вернувшись домой, Володя узнал, что пришло извещение о гибели брата Бориса, который служил в Польше. Навзрыд плакала мать, за столом сидел убитый горем отец. На несколько дней остановилось строительство хаты для старшего брата Ивана. В общем, было уже не до его учебы. Спустя время на семейном совете было решено идти ему работать учетчиком в бригаду № 2 колхоза «Красный путь», где бригадиром работал опытный Мелета Василий Иванович. 14 октября 1961 года Володю призвали в армию. Пройдя карантин в Новочеркасске, он попал служить в Германию. Это было время, когда сооружалась Берлинская стена. Их эшелон пришел на станцию города Дрезден. Первое, что его поразило, так это множество разгружающихся вагонов с техникой и солдатами. Казалось, на вокзале больше советских солдат, чем самих немцев. Был конец ноября, на улице моросил дождь. Их выгрузили из теплушек и стали формировать команды для воинских частей. В. Ксенз попал на службу в штаб полка на должность старшего писаря, командира отдела делопроизводства. За годы трехлетней службы он неоднократно награждался грамотами, именными часами, отпуском на Родину, сфотографирован у развернутого знамени части. На службе не терял время зря, учился на подготовительных курсах для поступления в институт. Приехал на вступительные экзамены в Кубанский сельхозинститут, когда уже были сданы экзамены по двум предметам. Спасло то, что было распоряжение для таких абитуриентов, как он, провести экзамены вне графика. В 1969 году успешно закончил агрономический факультет и стал работать агрономом бригады № 1 колхоза «Октябрь». Поначалу было тяжело, встречалось много трудностей. Но у него была одна цель — хлеб всегда должен быть на столе. Порой ночами плохо спал, переживая за качество сева, судьбу всходов, своевременную уборку выращенного. И так было не один десяток лет. Под его руководством отделение № 2 колхоза «Октябрь» в былые времена практически ежегодно занимало первые районные места по урожайности сельскохозяйственных культур. В 1990 году добилось урожайности озимой пшеницы 65 ц/га, это был четвертый результат по краю. На вопрос «Почему он стал агрономом?», не задумываясь ответил, что их многодетная семья, как и все станичники, хлебнула лиха, а выжили только благодаря тому, что росло на огороде, и молоку, полученному от своей коровы. Мать кормила их гарбузяной (тыквенной) кашей, сваренной на перегоне с добавкой кукурузной крупы. До 12-летнего возраста Володя не знал, что такое хлеб, но знал, какой ценой он дается: пацаном гонял фургоны с зерном от комбайнов на ток, выполняя доведенную норму на световой день – 21 т. Поздно вечером, добираясь домой, еле передвигал еще неокрепшими ногами. Особо хочется рассказать об этом любознательном человеке как наблюдателе за погодой. Метеопост в нашей станице располагался на территории средней школы № 14, а в 1973 году был передан на баланс колхоза «Октябрь». Но особого порядка в этой работе не было. Зная точность, пунктуальность агронома, тогдашний председатель Кобыленко Иван Андревич вызвал его в свой кабинет, велел забрать оборудование метеопоста и установить у себя на подворье. Так в 1977 году Владимир Васильевич стал колхозным метеорологом, ежедневно заполняя графы журнала метеонаблюдения и отчитываясь в диспетчерскую колхоза. В 90-е годы никто не требовал данных метеонаблюдений, а Владимир Васильевич по старой привычке добросовестно выполнял порученное дело. Спустя годы, на одном из предпосевных совещаний глава администрации района Анатолий Иванович Максименко потребовал сводку погоды по району, но таковой ни у кого не было. Он был приятно удивлен, когда узнал, что В.В. Ксенз не прекращал вести метеонаблюдения. С тех пор Владимир Васильевич передает сводку погоды уже и в районную агрономическую службу. Вот только бы надо приобрести новое, взамен уже порядком износившемуся, оборудование метеопоста, кстати единственного у нас в районе. И это не такие большие деньги. Многое можно было написать об этом интересном человеке, да не позволяют рамки, отведенные газетой. И последнее о наградах находящегося на заслуженном отдыхе Владимира Васильевича Ксенз: 1990 год — медаль «Ветеран труда»; 1997 год — памятная медаль Министерства сельского хозяйства «200 лет свеклосахарного производства в России»; 2000 год — диплом «Заслуженный работник сельского хозяйства Кубани» и множество Почетных грамот правления колхоза «Октябрь», где он проработал 47 лет».
Подготовили: Н. Майстровский, руководитель клуба «Станичники», младший сотрудник музея Ю.В. Кондратюка; О. кайдаш.
