В лучшие свои годы это было мощнейшее предприятие, где работало около 200 человек, его продукция пользовалась спросом не только в соседних районах, но и в Ростовской области. Мы ходим по большой территории Райпищекомбината вместе с Владимиром Павловичем Гирченко и Александром Михайловичем Харченко. Проработав здесь многие годы, они знают тут каждый закоулок, кажется, и сейчас, глядя на разрушенные стены и выбитые окна, видят не их, а наполненные жизнью цеха. Это вторая в моей жизни экскурсия на пищекомбинат. Первая была, когда нас, первоклашек, привели на экскурсию на пекарню. Это было похоже на какое-то волшебство: столько форм с тестом, которое растет, и хлебом пахнет на всю округу, кажется, других запахов в природе просто нет. И нет ничего вкуснее, чем хрустящая теплая корочка… Это было давно, когда деревья были большими, зимы снежными, колбасу делали из мяса, а машины для производства бубликов не выкатывали их, если в тесто настоящего сливочного масла положено меньше, чем предусмотрено рецептурой. (Мои провожатые заверили, что история с бубликами — чистая правда).
Фронтовики и крыловские самородки
— Как бы сейчас нашему району пригодилось такое предприятие, при том, сколько продукции у нас выращивается, — рассуждает Владимир Павлович. Он поступил на работу в пищекомбинат 20 апреля 1960 года, и первым рабочим местом был маслоцех.
— Перед новым 1960 годом здание маслоцеха сгорело, и я участвовал в его восстановлении, — вспоминает Владимир Павлович. — В 1961 году цех запустили в работу. В те годы сырье на мельницу и маслоцех привозили из соседних районов: Павловского, Кущевского, Ленинградского, и даже из Ростовской области. Очереди были неимоверно большими, люди ночевали по трое-четверо суток. Поэтому решено было построить дом для приезжих, позже это помещение было переоборудовано под колбасный цех, а для размещения приезжих построили новое — рядом с мельницей (сегодня его занимает предприниматель). Мне не было еще и 18 лет, когда я пришел на пищекомбинат, и я благодарен судьбе, что работал с такими людьми, как Головко Савва Антонович, Журавлев Дмитрий Иванович, Мартынов Петр Филиппович, Калюжный Семен Сергеевич. Они прошли дорогами Великой Отечественной войны, участвовали в Сталинградской битве, мы их называли фронтовиками и относились к ним с неимоверным уважением. А еще меня судьба свела с Крыловским самородком — Петром Антоновичем
Жуковым. Это он, находясь по броне в станице, восстановил (точнее сделал вновь) мельницу и маслозавод, которые были взорваны в годы войны.
В маслоцехе моими старшими наставниками были: Горобец Яков Ефремович, Мацко Василий Прокофьевич, Шанталий Андрей Васильевич, Мироненко Николай Иванович, Бородин Александр Степанович. И еще об одном самородке пищекомбината, но уже по механической части, хочется вспомнить, это Долгашов Михаил Григорьевич. Все шнеки, все транспортеры для маслоцеха, мельницы, пекарни и безалкогольного цеха — его работа. Работал Михаил Григорьевич в основном напильником. Его помощником был Высящий Николай Степанович (позже он станет механиком пищекомбината). Заведующими маслоцехом при мне были: Недолугий Федор Маркович, Антоненко Алексей Тихонович, Статюха (имя и отчество не помню), Сергиенко Петр Яковлевич, Ковач Полина Кононовна, Петрова Вера Николаевна и Петров Евгений Александрович. Затем — Коростоянов Владимир и Шкуринский Александр Васильевич.
В начале 1970-х годов завлабораторией и лаборантом на мельнице была Никулина Мария Наумовна, лаборантами в маслоцехе и пекарне в разное время работали Гуменная Алла Борисовна, затем Смирнова Эмма Васильевна (которая позже возглавит коллектив мельницы), Стуканова Светлана Ивановна, Кобыленко Валентина Васильевна.
Самый душистый хлеб и газировка «ручной работы»
В 1966 году я перешел на работу в хлебопекарню. Сначала печевым (была такая профессия), затем мастером смены, а позже экспедитором (отпускал продукцию на реализацию). Выпекали мы тогда хлебобулочных изделий до 20-ти сортов. Разные виды булочек развозили по школам два сельповских мотороллера. Четыре машины (хлебовозки) кооптранса доставляли хлеб по району и делали не по одному рейсу. Работа экспедиторов и водителей начиналась с пяти утра, чтобы хлеб в магазины поступил теплым, свежим и душистым. Учителя начальных классов наших школ приводили на экскурсии детей, чтобы показать и рассказать, как выпекается хлеб. В этом был и воспитательный момент. Так мы проработали с женой Валентиной Петровной под руководством заведующей Павлюк Валентины Дмитриевны до 1970 года.
В 1970 году меня перевели заведующим безалкогольным цехом, где я проработал пять лет. Я возглавил цех, когда сироп варили в кастрюле на печке, была одна укупорочная машина, бутылки мыли в ванной вручную ершами, на решетке переносили их на стол, где через лейку мерной кружечкой разливали сироп. За время работы заведующим я установил бутыломоечную машину, паровой котел, холодильную установку. Вместо одной укупорочной машины стало четыре, был приобретен автоматический дозатор, современный сатуратор (аппарат, позволяющий насыщать воду углекислым газом). Работали в две смены. Под моим руководством был женский коллектив, это: Татарина Валентина Андреевна, Федоренко Галина Михайловна, Резник Раиса Власовна, Олифиренко Таисия Иовна, Сусь Зоя Ефимовна, Сусь Раиса Васильевна, Оробей Любовь Ивановна, Юндина Анна Зиновьевна, Бахарева Надежда Федоровна, Старостенко Лидия, Николаенко Люба. Из слесарей дольше всего работали Швецов Николай Петрович, Терещенко Владимир Николаевич и Скабара Василий Степанович.
Всесоюзное соревнование пахарей, уборка, прополка — пищекомбинат при деле
В это время Крыловская входила в Павловский район, поэтому приходилось участвовать во всех мероприятиях этого района. Как-то в начале 70-х годов весной, в воскресенье, на Пасху, нас коллективом отправили на хутор Тихонький (ныне село Краснопартизанское) на прополку томатов. Осенью ездили на уборку сорго на веники, на заготовку сена и камыша (даже такое было), а прополка свеклы — обязательная помощь колхозам. Был период, когда цех работал без меня, а я в составе группы рабочих от пищекомбината участвовал в строительстве Краснодарского водохранилища. Когда в Старолеушковской проходило Всесоюзное соревнование пахарей, нам нужно было обеспечить поставку своей безалкогольной продукции без перебоя. Цех работал несколько дней без перерыва, женщины пойдут домой поспят и на работу, а я на мешках с сахаром передремлю и — вперед.
В 1975 году я перешел работать компрессорщиком (машинистом аммиачных холодильных установок), где проработал 18 лет с перерывом в два года, когда заведовал колбасным цехом. Коллектив компрессорной всего четыре человека: со мной работали Харченко Александр Михайлович, Рудько Владимир Григорьевич и Науменко Николай. За время работы в компрессорной мы со сварщиками и слесарями сделали конуса под муку на мельнице, поставили оборудование на «мелкоштучке» на пекарне, сварили приемный конус и поставили норию (устройство для подъема жидкостей или сыпучих материалов в вертикальном направлении) на складе для приема подсолнечника. А когда была акция «Поможем колхозам с заготовкой кормов для ферм», возглавил сенокосную бригаду из 22 косарей (жаль, не было в то время кинокамер, чтобы запечатлеть для истории). Потом мы с механиком Высящим Николаем Степановичем нашли роторную косилку и перевыполнили план по заготовке кормов. За перевыполнение плана директор пищекомбината Шимгохов Михаил Дмитриевич выписал нам премии и барана на шашлык. И мы на природе возле речки устроили пикник!
«Хозяин» и «собственник» — две большие разницы
За время работы в пищекомбинате я был секретарем комсомольской организации. Помню, вместе с комсомольцами сельпо мы ездили грузить сахарную свеклу ночью, работали при свете фар. Будучи депутатом райсовета ездил по школам в составе комиссии, проверявшей готовность школ к учебному году. Несколько лет был председателем профкома, командиром добровольной народной дружины. В 1984 году награжден медалью «За отличную службу по охране общественного порядка».
В начале перестройки коллектив выбрал меня председателем трудового коллектива. Когда пошла мода на выборных руководителей, рабочие предприятия просили, чтобы я выдвигал свою кандидатуру, но я отказывался: не по душе мне были новые шаги руководства страны. А тут началась чехарда с переименованием предприятия. То отдали в аренду коллективу, то переименовали в ООО, затем в ОАО. Так мы тихонько двигались к банкротству. Еще в 1983 году сгорела мельница, взяли кредит и за два года восстановили мельницу. Затем в 90-е сгорел маслоцех, вновь взяли кредит, восстановили. Но кредиты надо было возвращать, а наша продукция стала неконкурентноспособна. Первым закрыли газцех, затем колбасный. Ввели внешнее управление. Дольше всех держались три цеха, но и они не выдержали. Предприятие было объявлено банкротом и продано москвичам «за пять целковых»…
Нет, ветераны пищекомбината не рассчитывают, что история повернется вспять и здесь снова развернется пищевое производство той же мощности. Просто очень хочется, чтоб здесь появился настоящий хозяин (практика показала, что «собственник» и «хозяин» — это, как говорят в Одессе, две большие разницы). Хочется, чтоб на этой территории был просто порядок, а в станице появились еще рабочие места. Чтоб молодежь, наработавшись здесь за день, шла вечером в новый красивый парк, который аккурат через дорогу, отдыхать, а не безобразничать от безделья.
М. Любченко.
